b000002171

2 0 Изъ БЫЛЫХЪ ПЕРЕЖИВАНІЙ. шляпѣ . . . По походкѣ, по складу всей фигуры — я, Дѣйствительно, призналъ въ немъ философа- идеалиста Сугубаго. ГЪ» вы, родные и безмятежные виды! Отчего ч не могу вами любоваться теперь съ тѣмъ же сладо- страстнымъ томленіемъ, какъ любовался до встрѣ- чи съ этимъ притворно злымъ, язвительнымъ «дру- гомъ дѣтства?. . » III. «Но к акъ же, какъ это случилось? — и съ кѣмъ же — съ Сугубымъ! Какъ возможны по- добныя превращенія «мечты духа» въ «золотую ро- т у » ? .. Мнѣ помнится, что Бѣлинскій писалъ, буд- то бы только у насъ и возможно, что сегодня че- ловѣкъ тоскуетъ міровою скорбью, льетъ граждан- скія слезы, говоритъ о всепрощеніи, а завтра бьетъ свою жену, деспотствуетъ надъ дѣтьми, скандаль- ничаетъ пьяный по улицамъ и не даетъ никому про- хода . . . Но почему же это такъ , въ чемъ кроют- ся причиіны этого болѣзненнаго и скорбнаго явле- нія?» Цѣлую ночь одолѣвали. меня подобные во- просы и назойливо просили разрѣшенія. Многіе изъ нихъ удалось мнѣ рѣшить болѣе или менѣе убѣ- дительно, но обобщающаго широкаго вывода найти я не могъ. Я заснулъ съ намѣреніемъ завтра же постараться увидать Сугубаго. Но я еще спалъ, какъ ко мнѣ уже явился мой вчерашній собесѣд- никъ. — Вчера, — началъ онъ, — я ему говорю: — Встрѣтилъ, молъ, еще гуся изъ нашихъ «друзей дѣтства» (извините, послѣднее у васъ заимство- валъ). — «Кого?» спрашиваетъ. — А вотъ, молъ