b000002171

М ечта тели . 2 8 3 сырь, болѣзни . . . Только бы вотъ на хозяйство скопить, а тамъ и ш аб аш ъ !. . » Но проходилъ годъ, другой, а Дема все стоялъ у станка съ утра до ночи, а другой разъ и съ ночи до утра, и предъ нимъ попрежнему, вмѣсто грязнаго, темнаго и во- нючаго заводскаго двора, разстилался чистый бла- гоуханный просторъ деревенскаго поля . . . Дема, однимъ словомъ, былъ ненадежный человѣкъ среди коренного заводскаго населенія; онъ принадлежалъ къ той особой, впрочемъ, у насъ еще довольно зна- чительной, группѣ рабочихъ, которая извѣстна на заводахъ подъ кличкой «деревни». Таковы были наши два пріятеля. Дема уважалъ и по-своему даже любилъ Липатыча; Липатычъ былъ привязанъ къ Демѣ, но, к ак ъ городской чело- вѣкъ и при томъ Пожилой, нѣсколько ему к акъ будто покровительствовалъ. Вообще они жили мирно и дружно, за исключеніемъ тѣ х ъ случаевъ, когда на Липатыча «находило» или «накатывало», к ак ъ самъ онъ говорилъ, и когда Дема з а него «опасался». Особенно часто стало «находить» на Липатыча въ послѣднее время, — оттого ли, что онъ чаще сталъ прихварывать, или по другимъ при- чинамъ. Прихворнувъ, теперь обыкновенно Липа- тычъ сердито говорилъ: «Ну, пора, пора тебѣ, слу- жака, въ яму лѣзть! Чего еще ж д а т ь ? .. Свали- вай колоду — отслужила! . . Кому нужда въ гни- лой к о л о д ѣ !. . На гнилую колоду неоткуда и слезѣ к а п н у т ь !. . » Дема обыкновенно обижался на эти рѣчи Липатыча, но въ душѣ, тѣмъ не менѣе, хоро- шо понималъ и чувствовалъ, к ак ъ холодъ одиноче- ства снѣдалъ Липатыча, и старался его утѣшить. Однако Липатычъ этого не любилъ. «Ну, деревня, распустила ню ни !. . А ты гляди прямо, въ самую