b000002171

Г е т м а н ъ . 2 6 9 з ъ Украйны, якъ дытына и зъ материной утробы . . . Хе-хе . . Старикъ к акъ -то сразу повеселѣлъ и оживил- ся; онъ всталъ посреди комнаты, разставилъ ноги въ широкихъ шароварахъ и порыжѣлыхъ, давно немазанныхъ сапогахъ, вынулъ опять изъ одного кармана своего казакина люльку, и зъ другого — кисетъ съ табакомъ и сталъ набивать, улыбаясь и склонивъ голову на бокъ. Онъ молчалъ и покряки- валъ, к акъ будто никакъ не могъ сразу подыскать подобающую матерію для начала разговора. Нако- нецъ,ѵзакуривъ трубку, онъ вдругъ и рѣшительно с к а зал ъ : — Ну, що жъ, пане, горілку будемъ пить, або чаемъ баловаться, щобъ ему пусто б у л о . . Не лю- блю я эту пустую траву... Лучше горілку? . . Да? Ну, горілку, такъ горілку! . . Посылай, дытыно, по горіл- к у . . . да и пива прихвати, щобъ було чімъ запити! Гетманъ пошелъ посылать въ лавку, а старый хохолъ сѣлъ противъ меня на стулъ, разставивъ во всю ширину своихъ шароваръ ноги, и, хитро по- смотрѣвъ на меня съ улыбкой изъ-подъ густыхъ бровей, сказалъ: — Ну, що жъ, пане, будетъ що з ъ Москвы, або таки ніичего й не буде? Я былъ изумленъ, конечно, такимъ ноожидан- нымъ вопросомъ и взглянулъ на него. — Чего же вы, панъ Полуботокъ, хотите? — Чего я х о ч у ? !. . Х е ! . . Я хочу знать, панъ- управитель, будетъ що зъ Москвы, або жъ снова мнѣ, старику, въ хату залѣ зать, да на печь подъ бокъ къ жинкѣ заваливаться? . . А панъ? — Не знаю, панъ Полуботокъ, чего вы отъ Москвы ждете? . . .