b000002171

2 6 8 Изъ БЫЛЫХЪ ПЕРЕЖИВАНІЙ. комнатъ, въ которыхъ проживалъ Гетманъ съ сво- имъ землякомъ. — Это вы будете, панъ Гетманъ? — кто-то окликнулъ насъ изъ глубины полутемнаго номера и тотчасъ же сердито и нетерпѣливо плюнулъ. — Это я, землякъ, — отвѣчалъ Гетманъ. Пока они переговаривались, а я раздѣвался въ маленькой передней, отдѣленной рѣденькою занавѣскою , я успѣлъ разглядѣть въ глубинѣ номера лежавшаго на диванѣ пожилого человѣка; диванъ былъ очень коротокъ, почему онъ поджалъ подъ себя ногя такъ, что колѣни чуть не касались груди. Онъ ку- рилъ люльку; сѣдые волосы на головѣ у него были подстрижены и торчали к а к ъ солома на жнивѣ, что еще болѣе придавало ему мрачный видъ. Онъ, дѣй- ствительно, казался удрученнымъ и грустнымъ. Мы вошли. Землякъ Гетмана, очевидно, ожи- далъ увидать только своего сожителя и, замѣтивъ меня, долго, не измѣняя положенія и суроваго взгля- да, всматривался въ мою фигуру. Но вдругъ, что-то сообразивъ, онъ быстро спустилъ съ дивана колѣни, поднялся и, пыхнувъ наскоро раза два въ трубку, проговорилъ: «Хе!» — и мелькомъ подмигнуль Гетману. По его лицу мгновенно пробѣжала та добродушно хитрая улыбка, которая т а къ свой- ственна хохлу и которая, разъ появившись, мѣня- етъ его настроеніе. Старикъ спряталъ въ карманъ трубку и, смотря съ улыбкой то на Гетмана, то на меня, спросилъ: — Се той самый панъ-управитель буде? — Онъ самый, землякъ, — отвѣтилъ Гетманъ. — Хе! — откашлялся старикъ, — оце добр е!. . Могу, пане, и себя рекомендовать: однодворецъ По- луботокъ, хохолъ, землякъ ему, тілько що прямо