b000002171

Г е тм л н ъ . 2 5 7 подъ своей сивой барашковой шапки, низко спу- стившейся на лобъ, и сказалъ: — А знаете, пане, отчего? Онъ задумчиво помолчалъ съ минуту, опустивъ голову, к акъ будто не рѣшаясь что-то высказать даже самому себѣ. — Я вамъ скаЖу, пане, отчего: дідъ мене кличе до с е б е !. . Вотъ отчего . . . Дідъ у меня былъ, бра- вый такой казачина, рослый да сурьезный, ходилъ по-старинному, чуть что не оселедецъ на маковицѣ носилъ. Жили мы тогда всѣ на своемъ хуторѣ: дідъ да два его сына — отецъ мой и дядько; дідъ всему былъ голова и крѣпко въ рукахъ держалъ сво- ихъ сыновей. . . Ну, и была жъ тогда у насъ на ху- торѣ полная чаша! . . Только что въ то время отъ пана о тош ли . . . Громада любила и уважала діда, — на хуторъ то и дѣло народъ шелъ къ діду за совѣ- томъ. Къ тому времени у нашей громады только что большое дѣло съ паномъ нашимъ кончилось, а дідъ тѣмъ дѣломъ правилъ. И дідъ былъ дово- ленъ, — такъ доволенъ, какъ , можетъ быть, нико- гда въ жизни! Сидитъ онъ у своей хаты подъ вер- бой, люльку сосетъ, да усъ поглаживаетъ, заломивъ на затылокъ шапку, и чортъ ему не братъ! . . А мы, бывало, хло-пцы, около его штановъ тремся, про- мёжъ ногъ лазимъ, пока матери въ поляхъ убира- ются. И любилъ я, пане, нашъ хуторъ такъ , что послѣ матери ничего такъ не любилъ! . . Не знаю отчего: оттого ли, что я малъ былъ, горя не ви- далъ еще, или оттого, что къ природѣ я такой чувствительный, — а вы не повѣрите, теленкомъ ревѣлъ я надъ нашею вербой, подъ которой дідъ си- живалъ, когда пришлось уѣзжать въ го р о дъ . . . И все-то мнѣ тутъ было мило: и хаты наши, и дідъ, Н. Н. Златовратскій. VII. 17