b000002171

Т р у ж е н и к и . 1 3 1 какъ , развернувшись въ рядъ черезъ улицу, степен- но и дѣтски-величаво медленно двигались здоровыя, рослыя, празднично настроенныя фигуры «тружени- ковъ» . . . Я сидѣлъ до тѣхъ поръ, пока на улицѣ не оста- лось почти никого, и пошелъ въ л ѣ с ъ . . . Влажный, холодный воздухъ, запахъ молодой листвы, свѣжая, яркая зелень, птичье щебетанье, даже будто помолодѣвшія старыя сосны, — все это т а къ и охватило меня цѣликомъ всего, чѣмъ-то не- сказанно отраднымъ и свѣтлымъ, и тянуло все даль- ше и дальше въ глубь . . . Годы дѣтства и юности встали предо мной во всей ихъ дѣвственной, без- грѣшной, бодрой прелести, и мнѣ казалось, что мрачный лѣсъ съ его мрачною исторіей не только не пугаетъ меня теперь, а весело и сердечно улы- бается мнѣ. Я проходилъ въ немъ часа два. Когда я вер- нулся на деревенскую улицу, народъ уже выходилъ изъ большой избы, гдѣ было собраніе. Я замѣшал- ся въ толпу и мнѣ было теперь т а къ же пріятно и весело чувствовать себя среди нея, безотчетно, не- посредственно пріятно и отрадно, к ак ъ и въ томъ зеленѣвшемъ лѣсу, среди молодыхъ и старыхъ со- с е н ъ . . . Я, Илюша и Симеонъ Потапычъ вышли изъ де- ревни. Я взглянулъ на Илюшу. Т акъ же к ак ъ и прежде, неуклюже двигая длинными ногами, шелъ онъ, на- пряженно напруживъ жилы на лбу и уставивъ въ землю широко открытые глаза. — А гдѣ Яковъ? -— спросилъ я его. — То-то вотъ, — сказалъ онъ, покачивая раз- думчиво головой. — Уш елъ . . . еще чуть свѣтало — 9 *