b000002171

Т р у ж е н и к и . 127 щую погостъ отъ деревни, и все яснѣе и яснѣе ®ы- ступаетъ предо мной въ полумракѣ сумерекъ энакомая низенькая деревян-ная церковь. Звонъ уже давно прекратился. Я робко и смущенно взби- раюсь на холмъ, гдѢ, окружая церковь и погостъ съ деревянной полуразвалившейся оградой, грустно и молчаливо погруженныя въ сонъ, не шелохнув- шись, стоятъ раэросшіяся липы и березы. Глубокая тишина царитъ здѣсь, надъ этимъ свя- щеннымъ прахомъ уснувшаго былого . . . Я медлен- но обхожу кругомъ погостъ, иду мимо старыхъ, знакомыхъ мнѣ домовъ, но большинство изъ нихъ теперь снесены, или оставлены безъ кровель, безъ дворовъ, въ другихъ заколочены окна и только въ двухъ избуш кахъ на концѣ свѣтится о гон ь . . . Все кругомъ до того мертво и тихо, что даже не слышно лая собаки, и вотъ среди этой мертвой тишины к а к ъ -то рѣ зко раэдается въ моихъ уш ахъ окликъ: «кто тутъ?» Мнѣ кажется, что это голосъ Вакулы. Я обо- рачиваюсь. Ко мнѣ, осторожно и робко, подвига- ется чья-то низенькая, горбатая фигурка, ковыляя на кривыхъ ногахъ, съ большою бородой и огром- ной копной волосъ « а головѣ, вмѣсто шапки. — Кого надо? -— опросилъ онъ опять, остана- вливаясь на нѣсколько шаговъ о тъ меня. — Ты сторожъ? — спросилъ я. — Сторожъ. — Развѣ здѣсь уже еще никто не живетъ? — Нѣтъ . . . Кромѣ вотъ меня да стариковъ, ни- кто не живетъ. — Отчего же такъ ? . . — Да вотъ ужъ годовъ десять перевели при- ходъ . . . Перевели . . . Вонъ въ село . . . з а пять