b000002171

126 Изъ БЫЛЫХЪ ПЕРЕЖИВАНІЙ. — Ну, в о г ь . . . д а . . . Ужъ не лучше ли до за- втра? . . А? . . Поздно . . . Ужъ до собранья бы? .-. Т акъ ли? . . . Поздно ужъ теперь ... Вотъ мы пораз- беремся, пооглядимся . . . — Ты бы ужъ у меня-то . . . съ сердца снялъ . . . тяготу-то . . . Не усну я опять ночь-то, коли не объ- явишь . . . Будь родной . . . Изстрадался! —- говоритъ какой-то мужичокъ съ скорбнымъ лицомъ. —- Хорошо, хорошо, только ужъ не дозавтра ли лучше? . . — Родной . . . сердце изныло . . . Марко Терентьичъ медлитъ отвѣчать. И вотъ взглядъ Марка Терентьича опять прони- зываетъ толпу, и мнѣ кажется, что онъ достигаетъ меня даже въ самомъ дальнемъ у гл у . . . Я не знаю, дѣйствительно ли т а к ъ это было, но я чувствовалъ это, потому что мое сердце стучало . . . «Человѣче- скою кровью шутить нельзя», — повторилъ я про себя и незамѣтно вышелъ и зъ толпы. IX. Уже совсѣмъ смеркалось; солнце упало з а лѣсъ, и блѣдный мѣсяцъ всѣ яснѣе и яснѣ очерчивался на темнѣвшемъ небосклонѣ. На улицѣ движеніе сти- хало и только толпились любопытные около избы Сухостоевыхъ . . . Я иду по опустѣвшей улицѣ, к акъ вдругъ со стороны погоста проносятся ясные, чи- стые, но к ак ъ будто унылые, рѣдкіе звуки колоко- ла. Я на минуту пріостанавливаюсь, вслушиваюсь въ знакомый звукъ, —- и вотъ меня что-то сильное, непобѣдимое потянуло на эти звуки, туда, къ пого- с т у . . . Я быстро прохожу четверть версты, отдѣляю-