b000002171

Т р у ж е н и к и . 115 И онъ, -все еще подозрителъно обертываясь на меня, проходитъ, вмѣстѣ съ первыми, къ избѣ. Многіе изъ лежавшихъ на землѣ поднимаются, другіе снимаютъ шапки. А меня при этомъ допросѣ еще больше начина- е т ъ охватывать неопредѣленное тоскливое ощуще- ніе одиночества и отчужденія . . . «И имѣютъ право, да, —• думаю я съ грустью: — человѣческой кровью шутить нельзя . . . » Вотъ ревъ, блеянье стада, слышится все ближе, и, наконецъ, оно медленно расплылось по деревен- ской улицѣ; мимо насъ засновала скотина; женщи- ны, дѣти — все перепуталось, лощади, коровы, овцы, люди. Среди поднятаго шума сльшіу, громко говорятъ: «Пріѣхалъ! Пріѣхалъ! .. Я невольно и поспѣшно вскакиваю вмѣстѣ съ другими съ завалины, к акъ будто пріѣздъ кого-то долженъ былъ отвѣтить таинственнымъ запросамъ и моей душиі. Но въ это время случившаяся опять около меня старушка предупреждаетъ меня. — Нѣтъ, касатикъ, это не Марка, — это, вишь ты, дѣдушку Терентья привезли . . . Возятъ его у насъ, съ утра до вечера возятъ, и наши и не наши возятъ . . . больныхъ ради исцѣленія . . . А ужъ, поди, родимому восемь десятковъ, а то и болыле будетъ . . . Всю жизнь т акъ -то утруждается . . . Ужъ такой цѣлитель — цѣны н ѣ т ъ ! . . Какая болѣзнь у кого ни будь — и лѣчить безъ того не примется, чтобъ не утрудить себя . . . Ежели кому лихоман- ку лѣчить —• день себя измождаетъ: одинъ хлѣ- бецъ да водицу потребляетъ; ежели что потруд- нѣе — недѣлю измождается, — примѣрно, крови у женскаго дѣла пріостановить . . . А ежели, примѣр- 8*