b000002171

Т р у ж е н и к и . 111 люди, когда знаютъ, что на нихъ обращено общее вниманіе. Онъ высокъ, здоровъ, коренастъ, съ ру- сою головой и рыжеватою курчавою бородкой. Т акъ онъ пышетъ здоровьемъ, силой, молодостью, даже удалью, что все это какъ -то рѣ зко рвется наружу изъ-подъ напущенной степенной и смиренной сдер- жанности . . . Я вепоіминаю Симеона Потапыча и Илюшу. Си- меонъ Потапычъ все не возвращается изъ избы, а Илюшка давно уже ушелъ отъ меня и, переходя отъ группы къ группѣ, внимательно сосредоточенно и молча вслушивается въ говоръ . . . Вотъ онъ подо- шелъ къ кому-то сидѣвшему на самомъ дальнемъ краю, гдѣ-то въ у гож ѣ . Это Якоівъ, который давно догналъ уже наеъ и давно сидитъ, никому не пода- вая виду, вдали отъ всѣхъ, и что-то странное было въ его несчастной фигурѣ, — и въ этомъ засален- номъ жилетѣ, надѣтомъ на грязную рубаху, въ этомъ темно'мъ худомъ, испитомъ лицѣ, въ этихъ рѣденькихъ короткихъ щтанишкахъ, еле держав- шихся на длинныхъ тонкихъ ногахъ . . . Казалось, онъ готоівъ былъ спрятаться совсѣмъ, уйти еще больше о тъ всѣхъ, и только угрюмо смотрѣвшіе «быкомъ» исподлобья черные глаза говорил о томъ, к ак ъ онъ упорно пересиливалъ свое робкое смуще- н іе . . . Я вижу, к акъ Илюша показываетъ на ме- ня, но онъ настойчиво и отрицательно м отаетъ го- л о в ой . . . VI. Между тѣмъ народъ около избы Марка Сухо- стоева все прибьюаетъ. Разговоры становятся шум- нѣе и неразборчивѣе: въ разныхъ мѣстахъ говоряі(ь разомъ. Т ѣхъ бабъ въ повойникахъ, которыя го-