b000002171

98 Изъ БЫЛЫХЪ ПЕРЕЖИВАНІЙ. IV. И вотъ опять вспоминается наше «бѣгство» изъ деревни, это тъ дремучій лѣсъ, изба въ лѣсу, взвол- нованный отецъ, молящаяся мать, мужики съ длин- ными бородами и топорами за поясомъ и это тъ вы- сокій, сухой старикъ съ выстрижевною маковицей, сурово выпроваживающій насъ и торопящій ѣхать: «Уѣзжайте скорѣе, Богъ съ вами: мы васъ не ви- дѣли, вы — н а с ъ . . . И безъ того зла въ мірѣ мно- го!» — все это теперь встаетъ предо мной еще яснѣе, и понятнѣе дѣлается мнѣ и ужасъ, охватив- шій меня тогда, и т о отрадное, отрадное чувство, не выразимое никакими словами, которое вдругь охватило меня, когда мы пріѣхали въ го р о дъ . . . Душившій меня кошмаръ вдругъ исчезъ. Изъ мла- денческой памяти внезапно и быстро изгладилось все прежнее, что было тамъ, позади, быстро стер- лось новыми впечатлѣніями. И надъ этимъ про- шлымъ упала густая завѣса и надолго скрыла отъ моихъ глазъ цѣлый міръ человѣческихъ жизней! По эту сторону завѣсы понеслась другая, совсѣмъ «новая» жизнь, въ которую входилъ я, полный смутныхъ упованій, надежды, облегченія . . . И вотъ мнѣ кажется, что я расту, расту, расту . . . — Что кричишь? Василій Петровичъ! а Пе- тровичъ! — толкая меня осторожно за руку, спра- шивалъ Илюша. Я открылъ глаза. Илюша сидѣлъ около меня и чесалъ спросонья животъ и въ подмышкахъ. — Что бредишь? Али, можетъ, жестко тебѣ? — Нѣтъ, ничего . . . Хорошо. — То-то. Илюша поднялся, спустился съ моста и черезъ