b000002170

П е р в о е з н а к о м с т в о с ъ н о в ы м и п р а в а м и . 9 3 ту, гд ѣ сид ѣ лъ предъ столомъ, покрытымъ клеен­ кой, разбросанными бумагами, шнуровыми книгами, съ м ѣ дною лампой съ тусклымъ абажуромъ, полу- форменный господинъ, погрузившись внимательно въ чтеше какихъ-то листовъ. Въ стороне стоялъ Ѳ омушка. Пеньковцы боязливо и б ѣ гло взглянули на него: лицо его было красно и лихорадочно пы­ лало, губы дрожали. — Вы кто? — сверкнулъ на нихъ взглядомъ, на секунду поднявъ отъ бумаги голову, полуформен- ный господинъ. — Крестьяне, ваше бл—Дiе. — То-то. Мужики? — Такъ точно-съ. — Я васъ спрашиваю: мужики? — Они самые будемъ-съ, — упавшимъ голо- сомъ ответить Лука. — И больше ничего? Мужики молчали. — Ничего больше? — тономъ выше переспро- силъ полуформенный господинъ. — Такъ точно-съ . . . То ись . . . — Безъ всякихъ «то ись!» Помолчали. И вы это зваше свое помните хорошо? —- Довольно хорошо, ваше бл—дiе. — Плохо, я говорю. — То ись . . . ежели . . . ваше бл—дiе. — Безъ «то ись!» (Тоны повышаются сгез- сепйо.) Плохо, говорю я. П ѣ ньковцы замолчали. —- Если вы забудете кто вы и что вы (взоръ полуформеннаго господина молшей проносится по п ѣ ньковцамъ), тогда . . . Это что значитъ? —