b000002170

П е р в о е з н а к о м с т в о с ъ н о в ы м и п р а в а м и . 85 — С ѣ ли обедать. Вс ѣ стали добродушнее. За­ вели разговоры. — Бабка, похлебай съ нами. Недорого возь- мемъ. А то за нашего старичка и такъ покор- мимъ, — предложили присяжные. — Спасибо. Я этимъ себя не питаю. — Что жъ такъ? —-Я — что птаха м алая. . . У меня и т ѣ ла н ѣ тъ! — Оттого и т ѣ ла н ѣ тъ, что ѣ шь мало . . . — Н ѣ тъ, не отъ этого. А т ѣ ла н ѣ тъ, оно и не требуетъ . . . Сухонькаго пожую и довольно . . . Пять л ѣ тъ ужъ я такъ-то . . . — Изъ тебя, мотри, моща выйдетъ. — Выйдетъ, думать нужно. Я и теперь моща, только живая. — А ты чья, бабка? — Я-то? Я б ѣ глая. — Б ѣ глая? Отъ кого? — Отъ хозяина. — За что такъ? — Пятый годъ я б ѣ глая. Жили мы большою семьей: два брата. Большакъ-то вдовый, трое ма- лыхъ ребятишекъ у него. Такой онъ тихой въ ха­ рактер ѣ , за ребятишками своими что баба ходилъ, няньчился. Зимой истопитъ печку, перемоетъ вс ѣ хъ, вычешетъ. Дивно на него смотреть было, да и см ѣ шно. Мой былъ мужикъ разсудительный; онъ все подсм ѣ ивался надъ большакомъ, «женкой» его прозвалъ, и считалъ себя не въ прим ѣ ръ умн ѣ е. Мой не скажетъ: «Люблю, молъ, тебя, Паранька!»— н ѣ тъ, онъ все эдакъ норовитъ по уму сказать: «Мы съ вами, Прасковья Титовна, отъ Самого Господа Бога и съ благословенiя родительскаго, любиться