b000002170

64 К р е с т ь я н е - п р и с я ж н ы е . Купеческiй сынъ повелъ носомъ и нюхнулъ воз­ духу: пронесли въ буфетъ горячiе пирожки. Зазву­ чали ружья, загремели цепи — ввели осужден- ныхъ «для выслушанiя решенiя въ окончательной форме». Осужденные смотр ѣ ли мрачно. Старуха- крестьянка подходила къ каждому изъ нихъ, всма­ тривалась въ лицо и отирала платкомъ катившiяся слезы. Кто-то прошелъ въ шитомъ золотомъ мундире. Крестьяне-присяжные, пришедшее въ первый разъ, поднялись. К то-то, взглянувъ на нихъ, обратился къ сто­ рожу: — Присяжные? — Точно такъ-съ. — Скажите, чтобъ не вскакивали . . . предъ вся- кимъ. Лука Трофимычъ, услыхавъ зам ѣ чанiе , обра­ тился къ своимъ: — Чего прыгаете? Упрыгаетесь: здесь много ходятъ. Мы сами теперь судьи . . . Купеческiй сынъ уговаривалъ учителя духовнаго училища зайти въ буфетъ. — А то не усп ѣ емъ, ей-Богу, не усп ѣ ем ъ . . . Проморятъ часовъ до шести, тогда раскаетесь, да поздно будетъ. — Да не хочется. Рано. Купеческiй сынъ шепнулъ ему что-то на ухо. — Ну? Разве можно? — Говорятъ . . . Ей-Богу, я слышалъ: въ вед- р ѣ . . . за дверью, будто бы, дескать, вода .. . Рюм­ кой нельзя, а стаканчикомъ можно . . . Такъ и по- дадутъ, вместо воды. . . Какъ же адвокаты-то? Неужто же терпеть будутъ?