b000002170

42 К р е с т ь я н е - п р и с я ж н ы е . тра. Въ лесу погода стихла. Вҍ ковыя сосны не­ проглядною и мощно-угрюмою стеной стали на пу­ ти вьюги, и она, безсильно злясь и негодуя, только изредка ворвется въ просеку, просвиститъ съ одного конца до другого, тряхнетъ побҍ лҍ вшую лесную шапку и снова стихнетъ. Мирно стоятъ гиганты-деревья, опустивъ внизъ свои отяжелевшiя отъ снега ветви. И какая несметная рать стоить здесь этихъ гигантовъ и угрюмо ждетъ, когда при- детъ какая-то сила, повалить ихъ и уложить въ стройные ряды поленицъ. А ужъ эта сила пришла: то съ одной, то съ другой стороны мелькаютъ ши- рокiя подсеки, или усеянныя выкорчеванными гро­ мадными корнями, или уставленныя правильными кубами напиленныхъ дровъ, бревенъ, досокъ . . . На небольшихъ луговинахъ, защищенныхъ гигантскою стеной отъ злой непогоды, молодая поросль и под­ ростки прячутся отъ лютыхъ морозовъ подъ тол­ стою, мягкою шубой снега и разсыпаются кучками белоснежныхъ пирамидокъ. Тихо. Въ лесу вся- кiй звукъ слышится чутче; птица шарахнулась о сучекъ, осыпала съ него снегъ, крикнула и, взмах- нувъ крыльями, пронеслась вверху; зверь где-то захрустелъ по бурелому; въ бокъ отъ дороги, къ поруби, прошелъ волчiй следъ. — Стой, братцы!— сказалъ, прiостановившись, Недоуздокъ. Присяжные разомъ остановились. — Чего пугаешь? И такъ жутко. — Слышь: голосить! — Это лешiй. Какой тутъ лешiй? и вся баба заливается. Присяжные сбились въ кучу. А и то, братцы . . . Уйдемъ отъ грҍ ха, —