b000002170

Г о р е с та ра го К а б а н а . 3 8 9 — Надо по жизни говорить, Листарха Петрови- вичъ, по жизни смотреть . . . Жизнь-то по-своему не перекроишь! .. — Такъ, такъ . . . Слышишь, Степаха, что ста­ руха-то говорить? — подмигнулъ Кабанъ Степа- ше, теперь стоявшей въ проходе между перегород­ кой и печкой, сложивъ подъ фартукомъ руки, и серьезно-вдумчиво слушавшей разговоръ. На вопросъ Кабана она не отвечала. —■А? Степаха!— переспросилъ Кабанъ,— такъ какъ быть-то? Слышь, что старуха-то говорить? —• Неужъ не слышу?.. Коли говорить, должно такъ надо . . . Ни съ чего говорить не будешь — от­ ветила, наконецъ, Степаха и опять замолкла, но замолкла такъ, какъ будто дожидалась, когда же мы уйдемъ. «Ну, что еще будете говорить?» — спрашивали ея сердито-задумчивые глаза. — А ты вотъ что, старуха, — заговорилъ Ка­ банъ. -— Вместо, чтобы на старости л ѣ тъ так iя р ѣ - чи говорить, да девку смущать, ты бы вотъ чу- локъ-то развязала, да деньжонокъ племянниц ѣ -то дала избу-то поправить . . . Какъ вы зимой-то жить будете? а? Чего ты капиталъ-то бережешь? Али съ собой въ могилу возьмешь? .. Ведь, не возь­ мешь! .. Рано ли, поздно, все ей пойдетъ . . . Ахъ ты, скряга, скряга старая! . . Безпутныя речи го­ воришь, а дела хорошаго не делаешь .. . Что, ис­ пугалась? Ха-ха-ха! — засмеялся Кабанъ своей шутке. Повидимому, онъ такъ и говорилъ въ шутку. Но старуха вся такъ и затрепетала. —- Уймись, уймись! — крикнула она сердито на старика. — Али умъ потерялъ, грехъ забылъ? . .