b000002170

3 7 6 Г о р е с т а р а г о К а б а н а . — Ну, ну, ладно . . . Посмотримъ, — говорятъ старики. — Справляйся!. . Не тебҍ съ сумой хо­ дить . . . Видимъ, что дҍ вка — казакъ . . Ну, такъ быть тебҍ «дҍ вкой съ душой» не въ примҍ ръ про- чимъ! — шутитъ молодой староста и наотмашь надҍ ваетъ ей по самые глаза свою шляпу-гречне- викъ. — Не дури, — отмахивается Параня, хотя шляпы не снимаетъ. — А ты поклонись, да спасибо скажи Мiру, — совҍ туетъ одинъ изъ стариковъ. — Ну, инъ, благодаримъ покорно, Мiръ чест­ ной! — улыбаясь, кланяется Паранька, и долго еще виднҍ ется на ея дъвичьей головҍ , вместо брачнаго вҍ нца, новая Старостина шляпа. Степаша почему-то не взлюбила городъ, и, какъ мы знаемъ, вернулась въ село, потребовала отъ братьевъ «свои права» и превратилась именно въ такую «дҍвку съ душой». Кабанъ усиленно и молча допилъ стаканъ и, повернувъ его на блюдце, сказалъ, приглаживая во­ лосы: — Благодарствую!.. А какова дҍ вка-то съ душой у насъ? а? . . Люблю . . . Люблю я, братъ, такихъ, ей Богу!.. На мҍ стҍ не усижу!. . Экъ, братецъ мой, зародится же такое дитятко . . . Вотъ ты и гляди, Божье-то произволенье: вышла баба- мужикъ! — Что же, какъ она теперь поживаетъ? — Плохо, братъ . . . Такъ тебҍ сказать, труд­ но ей . . . Трудно ей теперь, — съ искреннимъ со- болҍ знованiемъ отвҍ чалъ Кабанъ, и лицо его при­ няло какое-то особенно жалостливое выраженiе. — Отчего же такъ?