b000002170

А в р а а м ъ . 303 долго еще изъ-за околицы неслись въ деревню вы­ крики и причитанiя Маланьи Ѳ едоровны. Въ это время уже почти совс ѣ мъ закатившееся солнце выглянуло въ ложбину между холмами и последними красноватыми лучами облило деревен­ скую улицу, на середине которой все еще стояла высокая, несколько сгорбленная фигура седого ста­ рика, въ синей изгребной рубахе, посконныхъ шта- нахъ и лаптяхъ, съ открытою головой и широкою сивою бородой, которую раздувалъ слегка нале- тавшiй изъ-за околицы сырой вечернiй ветеръ. Наконецъ, онъ, поглаживая бороду и задумчиво опустивъ голову, поплелся медленно къ своей избе. Я уже успелъ раздеться и, усталый, легъ на лавку. Какая-то безмолвная тишина воцарилась неожиданно кругомъ. Легко вздохнулось груди. Такъ после мучительной, но искусной операцiи трудно стонавшiй больной вдругъ чувствуетъ, какъ невыносимая тяжесть свалилась съ его плечъ и его грудь вздохнула свободно въ первый разъ после долгихъ, мучительныхъ, безсонныхъ ночей. И вотъ среди этой тишины раздался знакомый звукъ: скрипнула тихо дверь, въ нее выглянуло благодуш­ ное лицо деда Абрама и раздался обычный прежде, но давно уже забытый вопросъ: -— Не наставить ли кипяточку? — Да, да, дедушка Авраамъ! Непременно! — воскликнулъ я. И затемъ опять услыхалъ я нетерпеливую хло­ потню деда со внукомъ около самовара и обычныя обученiя «порядку». За моимъ самоваромъ опять очутились мы втроемъ: я, д ѣ дъ и внукъ.