b000002170

3 0 0 А в р а а м ъ . На сл ѣ дующiй день погода разведрилась. Осен­ нее солнце было ярко, но хорошо. Въ св ѣ жемъ, прозрачномъ воздух ѣ медленно плыли серебряный нити паутинника. Словно какая-то сила невольно тянула вонъ изъ дома, на волю, на просторъ. Мн ѣ хотелось воспользоваться последними хорошими днями своего деревенскаго житья, и я собрался на охоту. Хотя поднялся я утромъ очень рано, однако, на половин ѣ д ѣ да Абрама было уже сильное ожив- ленiе — говорили громко, крупно, хлопали особенно сильно дверями. Я сначала подумалъ, не умеръ ли д ѣ дъ. Но строгiй часъ смерти невольно сокращаетъ и смиряетъ даже самыхъ хищниковъ . . . Когда я вошелъ во дворъ умываться, встретившаяся мн ѣ Маланья Ѳ едоровна не только обычно не прив ѣ т- свовала меня льстивымъ прив ѣ т с твiемъ, но какъ-то особенно сердито шмыгнула мимо меня. Самоваръ принесъ мн ѣ Антонъ, какъ и всегда, благодушно­ молчаливо улыбавшийся. — Ну, что д ѣ дъ? — спросилъ я. — Ничего. Слава теб ѣ , Господи! Поправляется. — Ну, вотъ и хорошо . . . А что это вы тамъ расшумелись такъ съ ранняго утра? — Ничего. Тутъ мы не при чемъ . . . Д ѣ ло ро­ дительское. Антонъ улыбнулся и тотчасъ же перебилъ са­ мого себя зам ѣ чанiемъ насчетъ поэтической «при­ ятности», съ которою расп ѣ валъ п ѣ сни весело шу- м ѣ вшiй самоваръ. А когда я совс ѣ мъ од ѣ лся, взялъ ружье и вы- шелъ, то на завалинк ѣ нашей избы встр ѣ тилъ д ѣ да Абрама, сид ѣ вшаго среди четырехъ-пяти такихъ же стариковъ. Сивые или совс ѣ мъ б ѣ лые, какъ лунь, лысые или съ выстриженными, по-стариковски, мако