b000002169

въ 5 аршинъ, стояла новая «мягкая» мебель: диванъ, шесть стульевъ и круглый столъ!.. Это было невЪ- роятно! — Это все безъ тебя! Все безъ тебя!—щебетала во- кругъ меня мелюзга. — Очень папаша торопился все отдЪлать къ зимЪ... У насъ все разные гости собирались... Много гостей! А книгъ, книгъ сколько было... ЦЪлые ящики... Все разбирали... Теперь ихъ увезли въ собраніе. — Хорошо здЪсь стало!—воскликнулъ я съ наивной радостью. — Хорошо, Николенька, хорошо у насъ дома!—подхва­ тила. обрадовавшись, матушка,—А будетъ и еще лучше... Не хуже, чЪмъ въ чужихъ мЪстахъ... Можетъ быть, и лучше будетъ на своей-то родинЪ,—на что-то намекала она дядЪ Александру. — Я оченъ буду радъ за всЪхъ васъ, сестрица,— пЪ- сколько смущенно говорилъ дядя.—Я, конечно, немного виноватъ... Не сумЪлъ сдЪлать многаго или, лучше, не успѣлъ... Но все же, я не сомнЪваюсь, Коля увидалъ и узналъ кое-что новое и доброе... Это для него не прой- детъ безслЪдно... Дядя продолжалъ бесЪдовать еще съ матушкой, а я уже опять натягивалъ теплое польто. — Теперь въ библіотеку!.. Сережа, идемъ! — крикнулъ я брату -— ВсЪ тамъ? и дядя СергЪй, и папаша?.. — ВсЪ, всЪ!... Матушка тщетно старалась меня удержать, чтобы «хоть немножко наглядЪться» на меня. Черезъ десять минуть я съ братишкой уже былъ въ дворянскомъ домЪ, въ «нашей» библіотекъ. Въ первой же комнатЪ ки- пъла работа; здЪсь были и отецъ, и дядя СергЪй въ студенческомъ мундиръ, и еще три-четыре студента изъ семинаристовъ; одинъ распаковывалъ книги изъ тюковъ и ящиковъ, другіе вписывали ихъ въ каталоги и сортиро­ вали, третьи наклеивали на корешки номера и ставили въ шкафы... Какъ все это было весело, ново и интерес