b000002165

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ПО ПУТИ ВЪ ОКР5ТУ. 4 3 . мычъ засуетился, полѣзъ за. пазуху и, отвернувшись въ сторону, вытащилъ изъ жожанаго мѣшка повѣстки. — Хорошо, хорошо... Я такъ ... Ви- жу, что въ порядкѣ. Помѣщикъ стоялъ посреци комнатьт, попыхивалъ въ трубку и хладнокровно об- водилъ ихъ глазами. Присяжиые стали ра- зуваться. ІІомѣщикъ растопырилъ ноги и помѣстился противъ нихъ. — Гм... оборы!—говорилъ помѣщикъ, иопыхивая изъ трубки. Мужики снимали лапти и сапоги. — Гм... лапти!—продолжалъ онъ. Мужпкн развертывали тряпкн. — Гм... онучіг. Мужикамъ становилось неловко. ІІо помѣщикъ вдругъ повернулся и снова скрылся за сѣнцы. — А онъ, нужно такъ полагать, прож- женый! Онъ въ лаптяхъ-то нашихъ те- перь, можетъ, хлѣбъ себѣ усматриваетъ. — Чего дивить! II въ лаптяхъ, брат- цы, они, эти ходокн-то, кормъ себѣ про- видятъ. ІІрисяжные, распоясавшись, сидѣли, за- бившись въ уголъ, и, поворотившись къ стѣнѣ, закусывали. Вошелъ старикъ, отворявшій имъ ка- литку, сѣдой, въ болынихъ валеныхъ бѣ- лыхъ сапогахъ и рваномъ полушубкѣ; кряхтя п сгорбившнсь, усѣлся онъ около двери, на краешекъ скамьи, держась за нее старческими трясуіцимися руками. — Чыі, старичогсъ, будете съ хозяиномъ то?—спррсили присяжные. — Проходимцы, — сердито отвѣчалъ старикъ. — Званіе хорошее, — замѣтилъ Иедс- уздокъ.—Прытокъ онъ очень! — Кто нонѣ не прытокъ! Н асъ,дура- ковъ, много... ІІасулятъ всего и званіевъ разныхъ пожалуютъ, только горбы под- ставляй... Горбы-то у насъ здоровые... Прыгай да прыгай, осаживайся, какъ те- бѣ будетъ лучше... Мы готовы завсегда— повеземъ... — А какъ онъ у васъ прозывается? — ПарамошкоГі прозываютъ... ІІо шер- сти и кличка. — Ничего, ласково прозванъ. — Онъ не обидчивъ. Вотъ ісупца-со- сѣда (благопріятель нашему-то) и хуже прозвали, да ничего. Даже доволенъ. — За что жъ это ихъ? — А за хорошія дѣла. Мало имъ ста- ло у мужиковъ хлѣбъ на корню скупать, такъ они кабачковъ настроили, а около болынихъ волостей да фабрикъ притон- чики веселые завели... Восемьдесятъ лѣтъ прожилъ, а въ такихъ притонахъ въ на- шей сторонѣ никто не нуждался. Рѣчь старика прервалъ вновь пришед- шій гость. — Пути сообщенія... нну! „Полсалуйте въ гласные..." Да какъ же тутъ, когда ежели на мосту зимой провалился?.. Одна лошаденка—и та ногу повредила!—гово- рилъ въ волненіи, скидая съ себя овчин- ную шубу, отряхаясь, отплевываясь, от- фыркиваясь, снимая съ бороды сосульки, низенькій, толстенькій, пузатенькій чело- вѣкъ, въ длинномъ кафтанѣ, подпоясан- номъ широкимъ поясомъ, и въ шапкѣ съ длиннымн ушами.—Парамонъ Петровпчъ у себя? — Обѣдаетъ. — Ну, ладно... А ты что жъ, бра- тецъ, сидишь?.. А еще старикъ, умирать собираегпься! ІІѢтъ чтобы пойти да по- смотрѣть: какъ, молъ, онъ пріѣхалъ, гдѣ у него лошадь-то? ІІѢтъ, въ васъ этого послушанія не ищи... На-ка, подн при- крой ее кошмой... Старикъ ворча вышелъ, а пріѣзжій не переставалъ суетиться; ходилъ онъ по комнатѣ скоро, впрппрыжку, бѣгалъ глазами съ предмета на предметъ, мор- щился, гримасничалъ и то и дѣло что- нибудь переворачнвалъ, перекладывалъ, рылся за пазухой. — Умирать пора, въ гробъ смотритъ, а объ церкви не подумаетъ. Заржавѣла д уш а -т о ... О-охъ, Господп! ІІе бойсь, это не купцы!.. Чего? А вы кто будете? Чыі?—спрашивалъ оиъ присяжныхъ какъ будто мимоходомъ, всецѣло занятый тѣмъ, что у него въ длинныхъ большихъ кар- манахъ и за пазухой. — Присяжные мы. — Что жъ не кланяетесь? Отвалятся головы то?.. Забывать стали? Гордыня обуяла?.. — Да, вѣдь, мы... признаться... какъ узнаешь?—сказали,подымаясь,присяжные. — По одеждамъ видно, что не му- жнкъ... Костюмъ на что-нибудь данъ! Много въ васъ этой своеобычности...Вы бы вотъ съ господъ купцовъ примѣры-то брали: какъ они—съ уваж.еніемъ, благо- честіемъ, доброхотствомъ... Даромъ что капиталы имѣютъ... Зато и награжде- ны... А вы что? Лапотники, а смиренія ни на грошъ!.. Чего? — Ііросимъ, молъ, извинить,—прогово- рилъ Недоуздокъ. ІІе всмотрѣлись сразу.,.