b000002165

2 2 РАЗСКАЗЬІ ЗАВОДСКАГО ХЛОПДА. всѣхъ за свопхъ чішовшіковъ новыдамъ. А это, говоритъ, кто?“ — Это, говоритъ, учитель... Такъ, говоритъ, по дешевой цѣнѣ... Потому у меня эти наукн не такъ важны... Я болыне обращаю вниманіе на то, что можетъ украсить семейную жизнь... “— „Се бонъ! сешарманъ‘Ч говоритъ. На слѣ- дуюіцій день пошелъ я въ школу. Думаю, чортъ ихъ возьми!..... ІІе нужны мои на- уки, такъ нечего тутъ попусту и ста- раться.В зялъ и выпилъ и еще выпилъ... Больно ужъ меня эта злоба-то взяла. При- шелъ въ классъ. ІІосмотрѣлъ на мелюз- гу.... Жалко мнѣ стало... „Эхъ,—говорю я нмъ, — мелюзга вы моя!.. ГІесчастные вы мои!.. Много васъ видалъ, а такихъ, какъ вы, несчастныхъ, не видывалъ я . . . “ Да и пошелъ, и пошелъ имъ разсказывать, какихъ я несчастныхъ дѣтей видалъ, какъ самъ росъ, какъ они будутъ еще не- счастнѣе... Разсказывалъ, разсказывалъ, да и зарыдалъ. А тѣ сидятъ—слушаютъ, муху слышно летитъ, глазенки на меня таращатъ. „Дяденька,— говорятъ мнѣ,— ты намъ и завтра разскажи... иро себя- то... Намъ больно жалко т еб я ...“ И на завтра пришелъ... Опять разрыдался... Тутъ и входитъ барыня-то. Дѣти вдругъ всѣ вспыхнули, словно попались они въ чемъ ... Но не увидалъ я ни одной усмѣш- ки, несмотря на то, что барыня, смотря на меня, хохотала деревяннымъ и ядовп- тымъ смѣхомъ... „Прошу васъ болыпе не жаловать сюда... портить дѣтей!“ — ска- зала она мнѣ. И хорошо сдѣлала. Можетъ быть, я въ самомъ дѣлѣ испортилъ бы... Послѣ того ребятки-то ходили ко мнѣ ко- торые... Однажды повстрѣчалт> на улицѣ... Вдругъ, вотъ такъ же, какъ ты, оклик- нулъ меня такой звонкій голосъ: „Иванъ Якимычъ,— кричитъ, — здравствуйте!“ ... Смотрю, а предо мной стоитъ такая мо- лодая, красивая, разодѣтая... „— Маша, говорю, ты это? „— Я-съ, говоритъ. У насъ ужъ школы нѣтъ... Померъ попечнтель-то. Которыхъ успѣлъ выдать за чиновниковъ, которымъ оставилъ обезпеченіе, своимъ-то... „— А ты какъ же? „— Я ... (и покраснѣла вся). Да пой- демте, голубчикъ, ко мнѣ... Погрѣемтесь... Поговоримъ мы съ вами. .. Винцомъ я васъ отогрѣю... Вѣдь, какъ мы васъ полюбили было! „— Милая ты моя, милая, несчаст- ная!—сказалъ я ей, а слезы такъ и по- лились у меня. „— Эхъ, говорнтъ, что ужъ тутъ!.. Вѣдь, мы межъ людей жпвемъ, — нечего всѣмъ съ нашею горечью соваться-то въ глаза... Пойдемте-ка. „— II точно—нечего!“ Иванъ Якимычъ вдругъ смолкъ и устре- милъ глаза на сидѣвшій народъ, но онъ, казалось, ничего не замѣчалъ, даже меня, такъ какъ онъ будто разсказывалъ самъ- себѣ. — Иванъ Якимычъ,—окликнулъ тихо я. г— А!.. Да... да... Я вотъ совсѣмъ то- го.._ Извини... М аша-то все меня очень мучитъ... — Я было хотѣлъ спросить васъ ... Мо- жетъ, вамъ не въ обиду... — 0 чемъ?.. Спрашивай, спрашивай...- Я нынче, братъ, тише сталъ... Я ужъ нынче не такой злой... Поразвѣтрился,— и Иванъ Якимычъ какъ будто иовесе- лѣлъ.—Эй, малый, давай-ка намъ пивка!.. — Ну, какъ вы... отыскали ли здѣсь?.. Нашли ли?.. — Счастія-то?—Иванъ Якимычъ улыб- нулся,—Какъ же, Петруша!.. Велико ли наше счастіе!.. Наше счастіе маленькое... Зиаешь ли, въ чемъ мое-то счастіе со- стоитъ? Въ добромъ словѣ, въ .ласкѣ... Взгляии ты на меня, какъ на человѣка только—не вороти ты отъ меня глазъ-то, какъ отъ прокаженнаго... Взгляни ты на меня съ любовью—и я весь твой!.. Бери меня... Я за тебя н въ огонь, и въ во- д у ...В отъ , Петруша, вотъ ты меня при- зналъ... вспомнили меня... А что я для васъ сдѣлалъ?.. Что я вамъ?.. Вотъ толь- ко ты сказалъ мнѣ: прощенья просилъ... а ужъ во мнѣ все и поднялось внутри- то... И слезы къ глазамъ подступаютъ... Отчего? Оттого — не было у насъ ничего этого... Только развѣ когда-нибудь, сквозъ тьму и мракъ, сквозь боль тѣла и души,. сквозь голодъ и холодъ, иногда, бывало, набѣжитъ иа тебя минута незаурядная-.- II вотъ цѣлую-то жизнь ты благословля- ешь эту минуту... Ты, одинокій, забро- шенный, вѣчно лелѣешь ее на глубинѣ души... И ждешь, и ищешь—одного ждешь и ищешь отъ жизнн, немногаго: душев- наго слова,—н тогда вспыхнетъ въ тебѣ заревоімъ это, лелѣемое тобою, и озаритъ тебя такою тихою благодатыо!.. Такою незаурядною минутой была у меня мать. Гордая она была, беззащитная, опозорен- н ая... Голодная, она носилась со мной изъ села въ село, иокуда могла... „Бра- тецъ милый,—молила она за меня, валя- ясь въ ногахъ у оплывшаго и толстомя- саго брата,— не для себя прошу... Прн-