b000002165

МЕЧТ АТЕЛИ. 3 1 1 нынче Липатычу не по себѣ и что, того гляди, онъ окажетъ свое „озорство". Рядомъ сидѣвшіе рабочіе о чемъ-то громко бесѣдовали, когда Липатычъ со- вершенно неожиданно прервалъ ихъ, не обращаясь въ частности ни къ кому. — Я говорю, что всему причина духъ этотъ самый... нѣмецкій,—твердо и увѣ- ренно выговорилъ Липатычъ на всю ком- нату нѣсколько осипшимъ басомъ, поднявъ вызывающе, какъ и всегда, свою сѣдую львиную голову ,и сверкая изъ-подъ сѣ- дыхъ бровей темными глазами.—Да, и отъ этого къ намъ всякая пакость идетъ... — Ну-у! — проворчалъ Дема и сокру- шенно покачалъ головой. Онъужезналъ, что такой приступъ ни къ чему хорошему не приведетъ, если Лнпатычъ попалъ на эту „линію“ . — Не смѣй! Молчи!—замахалъ Липа- тычъ грозно своей, принявшей уже со- всѣмъ стальной цвѣтъ, рукой, предупре- ждая возраженіе.—Я знаю, чтоговорю... Сорокъ пять лѣтъ онъ у меня вотъ гдѣ сидитъ... И какъ его только къ намъ черезъ границу иропущаютъ — диво!.. Деньги, главная вещь, — не иначе... По- тому, нѣтъ, чтобы перенять что ни то хорошее отъ него, а все норовятъ на- кость самую... Вотъ отъ этого и нѣтъ ни свѣту, ни вздоху для рабочаго чело- вѣка... Это просто одна подлость, али измѣна!.. Да, ума нѣтъ — вся причина: дурачье! Больно ужъ смиренъ да бого- боязливъ русскій человѣкъ, страхъ Божій у него есть,—вотъ его всякій и лупитъ и въ хвостъ, и въ гриву... — Ну, братъ, тоже... — возразилъ вдругъ одинъ молодой, худенькій и ни- зенькій рабочій, въ новой синей блузѣ, съ темнымъ маленькимъ лицомъ, длиіі - нымъ сухимъ ііосомъ и быстрыми бѣгаю- щими глазками, котораго всѣ звали Юр- кой:—другойрусскій тоже, братъ... есть тоже такіе... хахали!.. 0 , о! Еще почище нѣмца... Еще они самимъ-то нѣмцемъ, въ родѣ какъ колбасой, заісусятъ, да жи- домъ поперечатъ!.. Громкій хохотъ десятка голосовъ рас- катился по трактиру. — Что-о?—сурово спросилъ Липатычъ. — А вотъ и то! — говорилъ поощрен- ный Юрка, входя въ азартъ.—Брсшешь ты—вотъ что! Нѣмецкій духъ!.. Своего весьма достаточио... Зачѣмъ вишь за гра- ницу пущаютъ, измѣна! А ты вотъ ііоди отъ своихъ заграннцу уставь... Да! По- пробуй—устрой шламбаумъ? — Ты со мной не смѣй такъ говорить... Слушай ухомъ, а не брюхомъ объ чемъ говорятъ,—степенно-сурово сказалъ Ли- патычъ.—Молодо-зелено такъ-то разгова- ривать... Послужи съмое... Сорокъ пять лѣтъ... — Что—сорокъ пять лѣтъ! Заладилъ одно!.. Тутъ, братъ, наука-тонехитра... Мы тоже побывали въ разныхъ хоро- шихъ мѣстахъ, насмотрѣлись прелестей... ІГѢмцы! И нѣмцы есть хорошіе люди... Тутъ не въ нѣмцѣ дѣло, а въ положеніи лица... въ жизии... въ самой то-естъ жизни... Понялъ?.. Вотъ я тебѣ и гово- рю-—своихъ подлецовъ весьма достаточ- но... Русачокъ-то, оиъ, братъ, тоже скользкій, мыломъ смазанъ... хоть бы нашъ Псой ІІсоичъ!.. Да чего далеко ходить: середь насъ самихъ такіе есть братцы-русачки—ихъ голой-то рукой не трожь... Ящеры! х а -х а ! — засмѣялся Юрка своей собственной остротѣ, и хо- хотъ гостей снова потрясъ. жидкія трак- тирныя перегородки, а на лампахъ за- дребезжали стеклянныя подвѣски. — Молчи!—крикнулъЛипатычъ, грозно поднимаясь изъ-за стола.—Какъ ты смѣ- ешь такія слова говорить про своего брата? про рабочаго?.. Яіцеры?.. Да ты кто самъ-то?—И вдругъ Лииатычъ, схва- тивъ Юрку за плечи своими могучими руками, затрясъ его, какь медвѣдь мо- лодую осину. — Ты кто, молошная твоя губа? — спрашивалъ Липатычъ, сверкая глазами и подставляя свой толстый съ синеватымъ налетомъ носъ къ самому лицу Юрки. Юрка не ожидалъ такого насту- пленія: онъ смутился и медленно отсту- палъ, когда, не торопясь по обыкновенію, подошелъ къ Липатычу Дема и ласково и тихо положилъ ему на плечо руку. — Вавилъ Липатычъ, нельзя такъ, — проговорилъ онъ: — не справедливо... У всякаго своя есть правда... и всякій^ во- ленъ свою правду говорить... Надо быть справедливымъ... — Ежели правда—всегда скажу! - за- говорилъ ободренный защитой и Юрка. Почему правду нельзя говорить? — Убью!.. Молчи!.. Слышишь, убыо за свово брата! —крикнулъ Липатычъ на Юрку, не обращая вниманія на Дему. Всѣ поносятъ, всѣ...итыеще...Дуби-ина-а э д а к а я ! . . — выразительно закончилъЛипа- тычъ и оттолкнулъ, хотя и осторожно, могучими руками слабаго и худенькаго Юрку къ стѣнѣ. Затѣмъ онъ сурово оки- нулъ взглядомъ Дему и, ничего не ска-