b000002165

300 БѢЛЫЙ СТАРИЧОКЪ. шекъ прикрикну, и на куръ цыкну—какъ быть въ хозяйствѣ состоіо... Да такъ хо- зяйствовала, что бывало загоню всѣхъ малыхъ-то сестренокъ къ сосѣдской ста- рухѣ, а сама съ дѣдушкой въ поле по- могать уѣду. Т ак ъ -то вотъ насъ сыз- младости нужда-то учитъ!.. ' „Ну, живемъ мы съ дѣдомъ, хозяй- ствуемъ, рукъ не покладаючи: съ утра- то, съ самой ранней зорьки Проснешься бывало, натянешь сарафанишко, да ско- рѣй къ скотинѣ, съ молитвой, какъ ма- тушка бывало, выгонишь ее къ пастуху на улицу, а тамъ за водой на ключъ побѣжишь, а дѣдушка той порой ужъ хворосту, дровъ въ печь наготовитъ; тамъ, только что съ печкой управишься, на- кормишь малышей,—глядь надо на прудъ бѣжать, рубашки перестирать... Да мало ли дѣла по семейству!.. Къ полудню ужъ ногъ подъ собой не чуешь. А все же нѣтъ-нѣтъ, урвешь часокъ, сбѣгаешь къ дѣвкамъ на улицу. А улица у насъ широ- кая была, зеленая, веселая. Тутъ и вздох- нешь, и посмѣешься, и пѣсенъ попоешь— и такъ-то сладкопослѣ этого спится!.. Какъ разъ на ту пору у насъ на ули- цѣ разговоры пошли, что будто съ осени училище на селѣ будетъ и что будто и насъ дѣвокъ учить будутъ. А это было для насъ тогда въ такое диво, что бабки наши ровно отъ нечистаго отъ этихъ вѣ- стей отплевывались! Да и самимъ намъ, дѣвкамъ, плохо вѣрилось, а тутъ еще и парни стали подсмѣиваться, что молъ дѣвокъ, слышно, будутъ въ солдаты брать!.. Глядимъ, не задолго этакъ до Воздвиженья, стали нашу старую волост- ную избу чистить да починять, подъ учи- лище подгонять. А тамъ, глядь, и учи- телына пріѣхала; такъ, совсѣмъ дѣвушка, простая, обходительная. Ну, думаемъ, и впрямь насъ, дѣвокъ, хотятъ въ люди производить!.. Какъ будто и стыдно чего намъ, а и лестно, и сердце какъ будто замираетъ: думаемъ, и намъ, дѣвкамъ, праздникъ пришелъ! Да толысо не мнѣ, думаю,—гдѣ мнѣ время найти отъ такой семьи! Это вотъ кому надосугѣ. Думаю такъ, а у самой ужъ зараныне слезы къ глазамъ подступаютъ, когда услышу, какъ учителына то съ той, то съ другой подру- гой знакомится, разговариваетъ, всѣхъ въ ученье заманиваетъ, матерей угова- рнваетъ!.. Къ Покрову и училище нз- готовилн совсѣмъ, велѣли приходить всѣмъ—записываться, кто хочетъ. ГПумъ пошелъ по всей нашей дѣвичьей деревнѣ: кто у матерей новыя рубахи да сарафаны проситъ, кто плачемъ плачетъ,—кого не пускаютъ,—просится. Охота намъ тогда всѣмъ была болыпая къ учеиыо! Думаю, пойду и я, улучу минутку, взгляну хоть глазкомъ, что у нихъ тамъ, у счастли- выхъ, дѣлать будутъ... Собрались всѣмъ селомъ, всю избу полнымъ - полііо запол- нили. Учителына опрашнваетъ всѣхъ, записываетъ, кого уговариваетъ, кому, по молодости, подождать велитъ. Вотъ почесть всѣхъ переписала, по скамьямъ усадила, а я стою въ уголку у двери, глазъ не свожу: думаю, неужто жъ такъ и домой мнѣ итти, ровно сиротѣ?.. А на сердцѣ такъ у меня и вертитъ, такъ слезы и подступаютъ. „Что жъ, говорю себѣ, — сирота и есть, коли родной ма- тушки нѣтъ: такое ужъ произволенье значитъ, коли она на меня, малую, семыо покинула. Безъ глаза какъ ее покинешь: дѣдушка-то старикъ дряхлый ужъ, а се- стренки все малъ-мала меныие. ІГадо при своемъ дѣлѣ оставаться“ . Думаю такъ, а тутъ учителына примѣтила меня и го- воритъ: „А ты, дѣвушка, чья такая?“— Такая-то, говорю. — „Что жъ ты не за1- писываешься?“ спрашиваетъ. — „Нельзя намъ, говорю, потому какъ я въ семьѣ болыиуха...“ Гляжу, учителыпа усмѣхну- лась, а всѣ ребятишки такъ грохотомъ и раскатились. И т а к ъ -т о вдругъ мнѣ стало чего-то и стыдно, и обидно, зали- лась я слезами, да и вонъ изъ избы: слышу окликаетъ меня учителына, а я ногъ подъ собой не чую. — „Чего, гово- ритъ дѣдъ, это съ тобой, дѣвка? Али чего испужалась: лица на тебѣ нѣтъ?..“ Тутъ я ему во всемъ и открылась, а вѣдь до той поры все въ себѣ держала, тоску- то свою. — Ну, говоритъ дѣдушка, — погодь, дѣвка, придетъ отецъ, мы ему спуску не дадимъ... ГІе дѣло это, не дѣло... Самъ поди по трактирамъ чаи распиваетъ, нѣтъ, чтобъ о семьѣ настояще порадѣть: ста- руху бы, что ли, какую въ няньки при- способить... Н а тк а -с ь , оставилъ какихъ хозяевъ — стараго да малаго!.. Погодь, дѣвка, погодь, мы противъ него съ тобой бунтъ поведемъ; скажемъ: дѣдкѣ, молъ, пора умирать, а дѣвкѣ расцвѣтать, а ты, молъ, какое это поведенье взялъ? Вскорости и тятенька на праздникъ • пришелъ, веселый такой; сталъ ему дѣ- душка выговаривать, а онъ только по- крикиваетъ: — Ладно, говоритъ, и въ ученье поведемъ!.. Ііе люди мы, что ли?