b000002165

СОЛДАТИКЪ ВАСЕКЪ. 2 7 7 господинъ, кажется, больше для поощре- нія. — Трудно отдать кому-нибудь префе- раисъ... Да это какъ для кого!.. Вотъ позвольте вамъ для начала... Вотъ въ са- мой этой деревнѣ мой дяденька, вполнѣ сказать, отъ политики энтой мужицкой до сихъ поръ въ человѣческія чувства притти не можетъ... Да-съ... Потому, позвольте вамъ разъяснить, какъ же иначе, коли ежели онъ, т.-е. дяденька этотъ самый, още съ господскаго времени неусыпно здѣсь рыбную ловлю на откупъ бралъ и перевозъ и подводы держалъ... Просто даже, можно такъ выразиться, у него помышленія не бывало-съ, чтобы про- тивъ него свой же братъ — мужикъ — какую - нибудь политику повелъ... Да и какая такая у мужика политика!.. Му- жикъ—человѣкъ необразованный, вѣдо- мостей энтихъ и во снѣ не видывалъ,— и вдругъ-съ, эдакъ года три тому, сталъ дяденька замѣчать, что не повелась ли гдѣ эта самая политика... И съ урядни- комъ совѣщался, и съ виноторговцемъ (онъ намъ тоже въ родствѣ): видятъ— политика неоткровенная проявнлась, а гдѣ, откуда, изъ какихъ земель—открыть не могутъ. И точно: вели эти мужичиш- ки сначала политику сокровенную: то не- водъ испортятъ, то лодку невѣдомо кто угонитъ... Все въ эдакомъ родѣ!.. Даэто бы ннчего-съ, а вы то подумайте, како- во дяденькѣ моему было огорченіе! Двад- цать пять лѣтъ человѣкъ прожилъ въ спокоѣ, какъ муха въ патокѣ, ѣлъ, спалъ сладко, только Бога боялся одного! Ну, молъ, такъ прямо въ царство небес- ное, никуда изъ своей деревни не выѣз- жая, такъ прямо и угодитъ... И житье было точно: народъ былъ смирный, миро- любный; пахалъ себѣ землю, ни за чѣмъ не гнался, по сторонамъ не живалъ, и дяденькои не то что былъ доволенъ, а, можно сказать, за отца почиталъ... И какъ, значнтъ, при господахъ еще дя- деныса платилъ за всю рѣчную угоду три ведра водки, такъ полагалъ и до свѣто- преставленія будетъ... —- А ’вы такъ и полагаете, что за го- сподами первое мѣсто вамъ и приготов- лено... Это за какія же заслуги, позволь- те спросить?—внезапно прервалъ бравур- ный господинъ. —- За какія?.. — засмѣялся приказ- чикъ.—Я такъ думаю, что нынче вездѣ одинаково, все подъ одну линію подведено. родился въ сорочкѣ—вотъ и весь сказъ! —• Такъ за это? Ну, хорошо-съ, про- должайте... Ловки и вы!.. — Вотъ-съ, долго ли, коротко ли, эта сокровенная политика продолжалась, толь- ко дяденька мой тоже крѣпокъ: крях- титъ про себя, а виду не подаетъ... Стали съ нимъ мужики на сходахъ заговарн- вать,—въ томъ родѣ, что не маловато ли будетъ по нонѣшнему времени три-то ведра и нельзя ли еще накинуть...— „Что жъ, говоритъ, дяденька-то, пожа- луй, я ведерцо набавлю... Съ чего намъ ссориться?“— „Съ чего намъ ссоритьоя!“ говорятъ и мужики,—„это точно; коли ты къ намъ доберъ, имы къ тебѣ: живн...“ Видятъ мужикн, никакъ дяденьку по на- стояіцему доѣхать не могутъ... ІІотому, прежде-то народъ былъ очень глупый: не на лошадь хомутъ надѣвалъ, а лошадь въ хомутъ тащилъ... Ну-съ, опять дя- денька съ мужиками живутъ въ мірѣ. Смотрятъ мужики, сколь много дяденька рыбки ловитъ, сколь много на иеревозахъ да подводахъ выручаетъ, и молчатъ... Чуется имъ какъ будто что-то не такъ: за что, про что человѣкъ у ихняго рта сидитъ да ихнюю кашу ѣстъ ... Поду- маютъ, подумаютъ, да махнутъ^ рукой и скажутъ: „Ну, ч тож ъ !.. Пускай питает- ся ... 1 1 а томъ свѣтѣ самъ отвѣтитъ за чужое добро!.. Опомнится тогда, какъ хайло-то растопленной мѣдыо заливать начнутъ!.. Богъ съ нимъ!..“ А дяденька въ то жъ время такъ разсуждаетъ: „За что жъ меня на томъ свѣтѣ казнить бу- дутъ, ежели само добро ко мнѣ въ ротъ ползѳтъ?..“ Такъ вотъ-съ какая поли- тика-то прежде была-съ... Ха-ха-ха!.. Что называется „по душѣ“ жили... Да-съ, говорю, дяденька конца не чаялъ такому благополучію: о ііъ рыбку ловитъ, а му- жички смотрятъ; дяденька все толстѣетъ, да краснѣетъ годъ отъ году, а мужичіш все темнѣютъ, да худѣютъ... „Ну, гово' р я тъ ,—воздастся ему на томъ свѣтѣ." А дяденька опять думаетъ: „За что же менянатомъ свѣтѣ казнить будутъ, колп я не виноватъ!“ .Жили они такъ, жили. да зато-съ, послѣ такой политики-то,— вдругъ дяденьку-то и высадили, съ кор- немъ-съ!.. Такъ чисто высадили, что у самихъ мужиковъ звѣзды изъ глазъ по- сыпались отъ изумленія!.. Вотъ оно что значитъ политика-то сокроввннсхя. Въродь какъ бы вотъ теперь въ банкахъ... Все идетъ мпрно, ходко, весело: однн вклады даютъ, другіе принимаютъ, проценты да дивиденды высчитываютъ, баланцы сво-