b000002165

ГОРОДЪ РАБОЧИХЪ. 2 4 7 очевидно, адресуя свои замѣчанія къ на- шему хмурому спутнику. — Впрочемъ, и то сказать, какъ полюбить! Полянкинъ совсѣмъ расходился: силь- ный, коренастый, но живой, впечатлитель- ный, оыъ.махалъ руками, двигая взадъ и впередъ ногами и туловищемъ, снималъ фуражку и ерошилъ волосы; лодка по- стоянно рисковала хлебнуть воды. Но ІІоповъ хладнокровно отъ времени до времени откашливался съ недовольнымъ мычаньемъ. — А вотъ и вѣчевой ірадъшшъ, —про- говорилъ онъ съ очевидной ироніей въ голосѣ.—Рекомендую полюбоваться. Нѣ- которымъ «бразомъ идеалъ, уже вопло- щенный въ дѣйствительности. — Ну, что же? Конечно, вѣчевой, — нетерпѣливо опять перебилъ Полянкинъ, — но это, прежде всего, городъ рабочихъ. — Поучительное явленіе. Есть надъ чѣмъ подумать,—продолжалъ Поповъ. — Вотъ это вѣрно, что поучиться есть чему, потому что и въ малой каплѣ водъ отражается небо. Я противъ этого ни слова. Но только, вѣдь, не всякому внуку на пользу наука,—замѣтилъ Полянкинъ. ІІока мои пріятели перекорялись, я въ изумленіи смотрѣлъ на открывшуюся пе- редо мной картину. Это было нѣчто очень своеобразное: иаправо лежала безконечная зеленая пойма, по краямъ которой оази- сами мелькали или группы деревьевъ, или бѣлыя церкви, или ближе къ рѣкѣ кучки избъ на высокихъ столбахъ, въ родѣ свай- ныкъ построекъ,—это были сельскіе кон- торы или лѣсопилки. Весь плоскій песча- ный берегъ уложенъ смолистыми плотами. Влѣво, напротивъ, почти на четверть вер- сты, тянулась высокая и совершенно от- вѣсная скалистая стѣна, въ которую бп- лись тихія волны и въ которую теперь прямо ударяли косые солнечные лучи. Вся стѣна была вдоль прорѣзана разноцвѣт- ными поясами пластовъ: бѣлый алеба- стровый слой смѣнялся красною глиной, желтымъ пескомъ. Контрастъ этой стѣны съ зеленой равниной поймы и серебря- ною далью рѣки былъ поразителенъ и оригиналенъ. И вотъ, наверху этой стѣны былъ предъ нами городъ рабочихъ: кресты вы- сокихъ причудливыхъ колоколенъ и церк- вей, стѣны каменныхъ домовъ и малень- кихъ лачугъ, лѣпившихся по скатамъ холмовъ, зеленая листва садовъ, —все это ярко искрилось золотистымъ свѣтомъ отъ закатывавшагося за поймой солнца. Внизу, тамъ, гдѣ отвѣсную стѣну бе- рега прерываетъ глубокая ложбина овра- га, составляющая единственный путь изъ города къ рѣкѣ, стоялъ у пристани па- роходъ, запасавшійся дровами. Мы пристали около этого же мѣста и стали подниматься въ городъ по избитой, расщепавшейся бревенчатой мостовой. II. Городъ рабочихъ, какъ называлъ нашъ спутникъ—„сынъ народа", собственно не былъ городъ: это было большое промы- шленное село, съ десятитысячнымъ рабо- чимъ населеніемъ, съ обычнымъ крестьян- скимъ самоуправленіемъ, и представляло собою скорѣе сконцентрированную въ одно селеніе цѣлую волостъ, чѣмъ село; при- томъ же, отъ обычнаго представленія о селѣ его отличало то, что среди этихъ 1 0 тысячъ рабочихъ не было ни одного занимавшагося земледѣліемъ, хотя все село получило обыкновенный надѣлъ, „по душамъ“ , впрочемъ, въ очень незначи- тельномъ размѣрѣ. Издавна, чуть не сто- лѣтіе пазадъ, здѣшній рабочій сдѣлался кустаремъ-ремесленникомъ стальныхъ из- дѣлій, и такъ какъ основная и самая большая часть населенія состояла именно изъ этихъ самостоятельныхъ кустарей- рабочихъ, равноправныхъ гражданъ въ своемъ поселеніи, то мы и оставимъ за этимъ послѣднимъ названіе города рабо- чихъ. Да, это былъ, дѣйствительно, городъ рабочихъ. Едва мы выбрались изъ ложби ны оврага и поднялись на гору, какъ насъ сразу охватила та особая характерная атмосфера, которая свойственна мастер- ской: визжанье напилковъ, стукъ молот- ковъ, лязганье желѣзныхъ полосъ, ши- пѣнье колесъ у станковъ. Это былъ зве- нящій шумъ цѣлой арміи гигантскихъ кузнечиковъ, и, что изумительнѣе всего, этотъ гулъ точно такъ же исходилъ невѣдо - мо откуда :вы слышали его справа, слѣва, сзади, изъ густой чащи зелени. Мы пе- реходили цѣлый рядъ часто пересѣкаю- щихся пыльныхъ переулковъ, задіѣча- телыю похоясихъ одни на другіе: по ооѣ стороны стояли трехъоконные, съ тесо- выми крышами, иногда двухъэтажные, на городской манеръ, домики, съ обяза- тельными почти занавѣсками (бѣлыми или разноцвѣтными) на окнахъ, съ горшками гераній н фуксій, съ длинными заборами,.