b000002165

ПРЕДВОДИТЕЛЬ ЗОЛОТОЙ РОТЫ. 2 1 7 — Вотъ путь, довлѣющій духу! — за- ключилъ онъ: — и они совлекли меня съ высоты духовной въ міръ низкой плоти и грѣховныхъ вожделѣній... — Аминь!—произнесъ чей-то голосъ. — Молчи!—прикрикнулъ Сугубый, не оборачиваясь. Только теперь я замѣтилъ, что „Бо- жій человѣкъ" сидѣлъ у входной двери и гулялъ глазами по потолку и угламъ комнаты. Его присутствіе произвело на меня почему-то непріятное впечатлѣніе: можетъ быть, потому, что мнѣ хотѣлось поговорить съ Сугубымъ объего сердеч- ныхъ дѣлахъ и желалось склонить его въ пользу несчастной жены, но онъ врядъ ли бы отступилъ въ чемъ-нибудь предъ лицомъ своего адепта. — Чѣмъ же виновата она? — загово- рилъ все-таки я. — Она?—переспросилъ Сугубый, уста- вивъ на меня недоумѣвающій взглядъ.— Она—женщина. — Я не встрѣчалъ въ нашемъ кругу другой, которая могла бы такъ безза- вѣтно привязаться къ человѣку,— замѣ- тилъ было я. — Похоть!—сказалъ онъ, выпилъ еще стаканъ и разразился цѣлымъ потокомъ цвѣтистыхъ фразъ, постоянно перемѣ- шанныхъ съ внезапными выраженіями та- кой душевной боли, отъ которой, каза- лось, могъ бы зарыдать самъ Сугубый... „Божій человѣкъ“ приходилъ въ молча- ливый восторгъ и только глазами выра- жалъ все свое сочувствіе. Но Сугубый пилъ все чаще и чаще, рѣчь его стано- вилась безсвязнѣе и, наконецъ, слилась въ одинъ сплошной гулъ проклятій. Я увидалъ, что мнѣ больше съ нимъ нече- го дѣлать и ушелъ. А съ начала вечера и въ продолженіе но- чи я слышалъ, какъ по глухому городку носилась буря: то надрывалась сугубов- ская грудь, разнося изъ одного конца улицы въ другой как ія-то заклятія; предъ домами мирныхъ гражданъ начали раздаваться „обличенія“ , но уже не урѣ- занныя, не смягченныя деликатною цен- зурой... Мирные обыватели, какъ и мой религіозный сосѣдъ, спѣшили творить молитвы и припирать плотнѣе двери... На улицахъ ни души; только за Сугу- бымъ, какъ тѣнь, скользитъ неслышнои поступью босой „Божій человѣкъ“ , да развѣ-развѣ выбѣжитъ въ халатѣ раздо- садованный приставъ, чтобъ дружески уговорить Сугубаго, но тотчасъ же обра- щается вспять... Сугубый былъ въ „демонскомъ одер- жаніи“ ... Въ эту же ночь и я выѣзжалъ изъ го- рода. Такъ мстилъ этотъ сильный человѣкъ и себѣ и другимъ за лучезарнѣйшій мо- ментъ своей юности, за „моментъ любви“ , которую благословляютъ люди, взлелѣ- янные иной судьбой, иными условіями жизни... Прошло много лѣтъ, когда я случайно узналъ о дальнѣйшей судьбѣ Сугубаго. Онъ пропалъ въ Сибири, сосланный съ приверженцами одной изъ крайнихъ фа- натическихъ сектъ. Не было сомнѣнія, что вмѣстѣ съ нимъ ушелъ туда и „Бо- жій человѣкъ“ , такъ какъ ихъ обоихъ уже съ тѣхъ поръ не видали на моей родинѣ. 1877 г.