b000002165

Щ А П К Л. 9 развадившейся гуты,—тѣ вѣтры, что ва- домъ-вадятъ въ могиды нашъ рабочій дюдъ, что рѣдко кого доиустятъ они, эти дютые вѣтры, дожить до сѣдой старости. Сдегъ нашъ Ѳаддей Идьичъ въ своей кузницѣ; ходиди мы къ нему вечеромъ, а наши бабы по очереди днемъ и ночью сидѣди у него, печь ему топиди, выппть подавади... Придемъ къ нему, не узнаетъ онъ насъ, тодько бредитъ: — Водьный!— вдругъ крикнетъ.— Ба- бочка, подай-ка мнѣ модотъ, мидая, ударю я разъ-два, расидачусь съ дюдьмн... Одна шапка!.. Дотягивай, старецъ... Жжарь, мидый мой, Ѳаддей Идьичъ, жжарь горя- чее жедѣзо... Одна шапка, тодько одна шапка теиерича! Чудный старецъ, о чемъ бредидъ! Скоро свезди его тѣдо въ седьскую церковь, а въ воскресенье весь народъ нашъ заводскій быдъ на похоронахъ. По- мянуди чѣмъ Богъ посдадъ. — Царство небесное!—сказадъ управ- дяющій, крестясь широкимъ крестомъ.— А двѣ шаики за нимъ остадось... Двухъ шапокъ не зажидъ, дуй его горой!— до- бавидъ онъ своей супругѣ. . А мы, рабочіе дюди, надодго похорониди чудныя повѣсти, мидыя пѣснн—нехитрыя утѣшенья нашн—и добраго чедовѣка. >