b000002165

'2 1 4 ИЗЪ ОДІШХЪ ВОСПОМИНАШЙ. тія въ семъ мірѣ, потребные ей для иждивенія полмѣры огурцовъ, кочанъ ка- пусты и коровай хлѣба. — Къ исполне- нію. — Вавило Сугубый“ . Я нѣсколько разъ перечитывалъ записку и хохоталъ въ душѣ, а когда поднялъ глаза, мой сосѣдъ, молча и пыхтя, ходилъ уже около своихъ воротъ, а старуха давно улепе- тыв.ала вдоль улицы. — Эй, ты, старая!.. вернись!— крик- нулъ купецъ. Старуха оборачивалась, но итти на при- глашеніе не рѣшалась. — Иди, говорятъ, дура!.. Чего боишь- ся? Испугалась мово-то крику!.. Я, вѣдь, отходчивый, у меня сердце доброе: по- кричу, покричу, а тамъ, глядишь, вдвое обласкаю... Старуха медленно стала подвигаться, хотя и не слыхала послѣднихъ увѣщаній, которыя болѣе относились ко мнѣ, кажет- ся, въ смыслѣ рекомендаціи сосѣдскаго благодушія. — Ступай къ хозяйкѣ,—сказалъ онъ старухѣ, — скажи, молъ, я велѣлъ. Она тебѣ выдастъ. Прими Христа ради, да помяни за здравіе меня, раба Ивана и рабу Лукерыо... Слышишь? Ивана что- бы!..—кричалъ онъ ей вслѣдъ.—Ты намъ укажи неимущаго, мы не откажемъ... ІІу только чтобы безъ нахрапу,—продол- жалъ онъ обращаться ко мнѣ, видимо, стараясь благопричиннѣе оправдать себя. — Вотъ хотя бы господина Сугубова,— въ иномъ разѣ нельзя не уважить... Пре- скромнѣйшій человѣкъ, когда ежели въ человѣческомъ образѣ находится... Ума- съ у пего и тамъ разныхъ способностей, можно сказать,—барка... Его превосходи- тельству господину начальнику города и его преосвященству владыкѣ даже очень давно онъ извѣстенъ... II сколько они теперича своей ласки на него потратили, желаючи его человѣкомъ сдѣлать, такъ даже поистинѣ удивительно! Другой бы, можетъ, пять разъ отъ эдакого счастія умеръ! Ей-Богу-съ!.. Конечыо, что имъ жалко, ежели эдакій таланъ не имъ на пользу идетъ, а зря пропадаетъ... Тепе- рича, ежели бы въ человѣческомъ обра- зѣ г. Сугубому быть, — давно бы ужъ они у нась господииомъ приставомъ бы- ли... ІІда-съ, — ежели бы не демопъ... •Дьяволу, конечно, тоже эдакіе люди на руку, дураки-то ему тоже не очень лест- ны... Вотъ-съ и выходитъ; вмѣсто того, чтобы блюстителемъ тишины и усмирите- лемъ буйствъ быть, господинъ Сугубый самъ же по ночамъ обывателей сна ли- шаютъ, деннымъ грабежомъ съ аравой своей занимаются!.. — Ну ужъ и „грабежомъ“ ! Зачѣмъ вы такъ выраж.аетесь? Вѣдь, они работа- ютъ... Вонъ на пристань ходятъ... Бѣд- нымъ крестьянамъ прошенія пишутъ... — Это-съ болыне со стороны нечистой силы отводъ-съ... ІІовѣрьте. Потому, ми- лостивѣйшій господннъ, и работа только тогда богоугодна, когда она въ смиреніи и покорствѣ іідетъ, когда надъ собой хозяина видитъ... Вотъ, примѣрно,у ме- ня работникъ есть,—ежели онъ въ послу- шаніи и покорствѣ предо мной, я и мо- гу сказать, что онъ работаетъ... А что- бы ежели такъ работать, что самъ себѣ баринъ,—такъ этого никогда нигдѣ не бывало-съ... Это-съ болыне озорство одно... А что насчетъ, ежели вы гово- рите, этого ихъ мужицкаго аблакатства,— такъ это только болыне для города и на- чальства однобезпокойство... Баталіяодна изъ-за этого-съ! — Какая же баталія? — А такъ-съ. У насъ тутъ недавно такое было дѣло завели, до смертоубій- ства чуть что не дошло... Конечно, это дьяволу оченьнаруку: христіанскую душу загубить... Самъ его—ство пріѣзжали на эту баталію, пожарныя трубы высылали... Только это одно и помогло... А все от- чего?Оттого, что, кромѣ разбойныхъ мыс- лей, н въ головѣ ничего у нихъ нѣтъ. Была у насъ здѣсь прошлой осеныо плот- ничья артель... Ну-съ, эта артель, все парни молодые, и познакомься съ нашими разбоГшикамн-то, въ кабакѣ. Пріятели такіе сдѣлались—не надо лучше. Только и просятъ — эта артель — написать отъ нихъ ото всѣхъ письма къ родителямъ, что, молъ, всѣ они жпвы и здоровы и имъ того же желаютъ. А тѣ и напишіі въ письмахъ-то, что, молъ, родители наши— всѣ мы нашн заработки пропили, и не то, что вамъ послать, или податей уплатпть, ниже къ дому вернуться не съ чѣмъ. А все жъ при семъ живемъ де мы весело, послѣдніе сапоги пропиваемъ, чего и вамъ желаемъ... ІІу не разбойное лиэтодѣло, спрошу я васъ? Пришли парни домой, ихъ, конечно, родители вожжами, а ны- нѣшнею весноі! къ намъ, вмѣсто одноГі, двѣ артелн вернулнсь; сейчасъ первымъ дѣломъ въ кабакъ, разыскали этихъ са- мыхъ писарей да въ волосья. За писа- рей вся золотая рота поднялась; а за плотниковъ каменщики, кровелыцикп