b000002165

1 7 8 ПРОПАЛА ДЕРЕВНЯ. жики и бабы, иарни и дѣвки, даже дѣти и старики... Они медленно. и молча (зву- ка не было слышно) надвигались въ мою сторону. Я не замѣтилъ ни малѣйшаго раздраженія или грубости: это были, просто, любопытные зрители. Но въ то время, когда я подошелъ къ первой из- бѣ, противъ ея воротъ я встрѣтилъ не- ожиданно странное препятствіе: вся семья, жившая въ этой избѣ, — высокій рыжій мужикъ, худая, беременная ба- ба, 80-тилѣтній старикъ, два подростка лѣтъ по 1 2 -ти и маленькая дѣвочка,— выстроилась предъ избой, плотно схва- тившись рука съ рукой. Я въ недоумѣніи взглянулъ кругомъ и встрѣтилъ двѣ-три сдержанныя улыбки. „Не пустимъ, ба- тюшка, въ избы... Прости, Бога ради, ваше бл-діе... не пустимъ,—сказалъ ста- рикъ, низко кланяясь мнѣ и не выпуская руки сына. — Мы ужъ такъ порѣшили, чтобы не платить за неправое дѣло... Такъ и начальству неоднократно заявля- ли... ІІе пустимъ, ваше бл-діе, какь твоей милости будетъ угодно!..“ ЬІе знаю почему, но вдругъ у меня тамъ, на глу- бинѣ души, что-то ёкнуло... Я уловилъ двѣ-три чуть примѣтныя улыбки (не знаю, почему-то мы очень чуткп къ этимъ улыб- камъ; можетъ быть, ихъ вовсе и не было, но тогда я, какъ мнѣ думалось, видѣлъ ихъ очень ясно). Я выпрямился, какъ-то совершенно непроизвольно, закинулъ на- задъ голову и сдержанно сказалъ: „Хо- рошо; мы пойдемъ въ слѣдующую избу11. Я сдѣлалъ нѣсісолько шаговъ, но въ это время другая семья, въ лицѣ всѣхъ сво- ихъ членовъ, примкнула рука въ руку къ первой и прямо, открыто, не морг- нувъ, что называется, бровыо, смотрѣла мнѣ въ лицо. „И вы не пустите?"—спро- силъ я. —„Не пустимъ, ваше бл-діе. Про- сти, Бога д л я ...“ Я , не останавливаясь, прошелъ къ третьей избѣ — и, шагъ за шагомъ, за мной странный хороводъ раз- вертывался предъ избами и росъ все длиннѣе и длиннѣе... Наконецъ, въ него вступилъ и самъ староста. Я остался съ сотскими, глупо и напряженно тоже смо- трѣвшими мнѣ въ лицо... Глупо и на- пряженно смотрѣла и вся деревня,—му- жики и бабы, старики и дѣти, —смотрѣла на меня тупо и молча... Я чувствовалъ, что теряю самообладаніе... Вдругъ мнѣ мелькнула мысль, что все это комедія... Кровь бросилась мнѣ въ голову. Я взгля- нулъ на одного парня, — онъ улыбнулся во весь свой широкій ротъ. Во мнѣ все такъ и заклокотало... Я подошелъ къ нему. „Какъ тебя зовутъ?“—крикнулъ я. Онъ молчалъ. — „Какъ тебя зовутъ?“ — закрнчалъ я и дернулъ его за рукавъ.— „Зовутъ насъ, баринъ, всѣхъ зовут- кой“, — отвѣтила мнѣ высокая, статная, грудастая баба и, выйдя изъ хоровода, притопывая, пошла русскою пляской по- зади мужицкаго строя... Сдержанный хо- хотъ пронесся по рядамъ... „Бериее!“— крикнулъ я сотскимъ. Сотскіе бросились въ ряды. Но тутъ произошло что-то та- кое, чего я уже не разобралъ. Я слышалъ какой-то гулъ голосовъ, какіе-то выкри- ки, маханье руками, сбившуюся въ кучу толпу... Потомъ звякнулъ колокольчикъ— и предо мной стояла моя тройка. Въ та- рантасѣ сидѣли сотскіе и кричали: „Ва- ше бл-діе! Садитесь скорѣе, садитесь, Бога для... Не доводите до грѣха!... На- роду только неповиннаго загубите безъ числа... Грѣхъ на душу примете!“ Я же оказался виноватъ, я!.. Я приказалъ сот- скимъ тотчасъ же вылѣзть и принялъ твердое намѣреніе не выѣхать изъ де- ревни, пока мнѣ не удастся привести все въ порядокъ... ІІо какимъ образомъ это случилось, я уже не помшо, — только меня подхватили подъ руки, посадили въ кузовъ тарантаса, и тройка дернула... Я хотѣлъ рвануться, остановить ямщика, какъ вдругъ замѣтилъ, что наперерѣзъ лошадямъ вышла старая, сѣдая старуха, окруженная стаей ребятишекъ, и, подо- бравъ подолъ крашепиннаго сарафана, присѣдая и кривляясь, басовитымъ голо- сомъ причитала: „Ай, барыня, барыня! Чего тебѣ надобно?... — Ай, бапня, баиня! Чего тебѣ надобно?“ подхватила вслѣдъ за ней. ребячья стая и долго еще бѣжала, не отставая, сбоку тарантаса. Это было уже черезчуръ... 0 , какъ хорошо и твердо запомнилъ я корявое, волосатое лицо старухи и рыжія, весно- ватыя физіономіи ребятишекъ! Скоро было назначено слѣдствіе. Съѣха- лось начальство. Увѣренно, безъ малѣй- шихъ колебаній, я узналъ и указалъ — и упорнаго 70-тилѣтняго старика, и улы- бавшагося парня, и остроумную груда- стую дѣвку, и приплясывавшую восьми- десятилѣтнюю старуху... Деревня встрѣ- тила насъ мирно. Мирно и коротко да- вали показанія указываемыя мною лица. Все шло хорошо, какъ вдругъ одинъ изъ