b000002165

1 5 6 ДЕРЕВЕНСКІЙ КОРОЛЬ ЛИРЪ сыпку; всѣ говорили, иеребивая другъ друга. Нѣкоторые старички успѣли охмѣ- лѣть и лѣзли цѣловаться съ дѣдомъ Ону- фріемъ и почему-то, кстати, со мной. Старшій сынъ съ рыжею лохматкой послѣ трехъ рюмокъ совсѣмъ умилился, сбѣгалъ „мигомъ“ за новою четвертыо и потомъ сталъ со всѣми цѣловаться и обнимать- ся. Дѣда Онуфрія совсѣмъ зацѣловали. Отъ удовольствія и водки осовѣлъ онъ и самъ, и лицо, и борода его свѣтились несказаннымъ блаженствомъ. — Король, король, Онисимычъ, впол- нѣ! Дай тебѣ Господь!—любовно нѣсколь- ко разъ говорилъ ему черноволосый му- жичокъ, постукивая поплечу и присталь- но глядя ему въ лицо своими выпячен- ными глазками. VІ. Прошелъ годъ. Также осенью прншлось мнѣ навѣстить одного знакомаго земле- владѣльца, жившаго верстахъ въ пяти не доѣзжая Болыиихъ Прорѣхъ. Сидѣлъ я въ зальцѣ своего знакомаго, у окиа, выходившаго въ палисадникъ, изъ-за подстриженныхъ жидкихъ акацій котораго виднѣлась невдалекѣ старая шоссейная дорога; березовая роща съ покраснѣвшими листьями стояла по дру- гую сторону дороги, а изъ-за рощи, каж- дые полчаса, слышались свистки поѣз- довъ и подымались бѣловатые, густые клубы паровознаго дыма, мигомъ разно- Симые порывистымъ осеннимъ вѣтромъ иадъ головою рощи. Я сидѣлъ съ моимъ пріятелемъ и его женой, болыпою люби- тельницей деревни, нарочно уговорившей мужа купить имѣніе и заняться сельскимъ хозяйствомъ. Ей хотѣлось „изучить на- родъ и деревню дотла“, какъ выража- лась она. Мы курили папиросы и вели разговоръ именно на тему „деревни“ . Ка- терина Петровна всегда считала своимъ долгомъ неиремѣнно говорить со мной „о деревнѣ“, такъ что, при всемъ уваженіи моемъ къ предмету ея любопытства, та- кое постоянство мнѣ нѣсколько надоѣда- ло. Разговоръ на минуту у насъ какъ будто истощился, и мы безцѣльно стали смотрѣть въ окно. Но въ это время на шоссе показались два старика; одииъ былъ въ старомъ сермяжномъ кафтанѣ и лап- тяхъ, другой—въ рубахѣ и босой. Они чуть держались, хватаясь другъ задруга, подъ напоромъ вѣтра, который гналъ ихъ вдоль дороги, осыпалъ цѣлымъ дождемъ побурѣвшихъ листьевъ и пыли, срывалъ съ головъ шляпы и развѣвалъ ихъ жид- кіе, сѣдые волосы. Добравшись до пово- рота, они быстро повернули къ нашей усадьбѣ. Катерина Петровна давно уже внима- тельно слѣдила за ними. — Это мой пріятель,—сказала она,— вотъ тотъ, въ поповской шляпѣ... Дура- чокъ. — Я его видѣлъ,—сказалъ я. — Да? Онъ меня чрезвычайно интере- суетъ... Мнѣ очень хочется вникнуть въ причины появленія въ нашихъ деревняхъ этихъ дурачковъ, юродивыхъ и пр. Ихъ такъ много,—прибавила оиа и вышла въ другую комнату, навстрѣчу старикамъ. — Вотъ я тебѣ еще привелъ пріяте- л я ... Корми!—раздался изъ сосѣднеййом- наты грубоватый и шепелявый голосъ Іоныча, вѣроятно, обращенный къ Кате- ринѣ Петровнѣ.—Накорми его, а я тебѣ пойду дровъ нарублю, воды принесу, дворъ подмету... — Ты, дѣдушка, откуда?—спрашивала Катерина Петровна. — Я, сударыня, дальній... издалеча,— отвѣчалъ другой старческій голосъ. — Куда же ты идешь? — Атакъ брожу... Потому, милая, мнѣ конецъ предѣла пришелъ... Поработалъ на свой вѣкъ, слава тебѣ, Господи!.. Вздохнуть пора...Вотъ и пошелъ по міру разгуляться! Голосъ показался мнѣ знакомымъ. — Кто жъ у тебя дома остался? — Дома у меня, какъ быть, дружо- чекъ, все въ порядкѣ... Королевство-то мое я, милая, пріустроилъ какъ быть; въ полномъ видѣ сынамъпрепоручилъ!.. Все, вѣдь, свое, трудовое было!.. Да!.., Со- звалъ ихъ, говорю: „Вотъ, сыны мои, хочу я своей власти положить конецъ предѣлу; владѣйте теперь нашимъ иму- ществомъ вы, сами принаблюдайте, а мнѣ ужъ воли дайте... Пріусталъ!“ — „Ну, что жъ, говорятъ, старичокъ, иди, раз- гуляйся... Ііеволить тебя не будемъ! Ты и такъ потрудился... Вишь, какое намъ королевство оставилъ! Твоихъ заслугъ не забудемъ!..“ Благодарю Создателя, про- жилъ вѣкъ не безъ заслугъ! Есть что на старости вспомнить, чѣмъ похвастаться! „Неужели это говоритъ онъ, Чахра- баринъ?—-недоумѣвалъ я .—Да, это онъ, его голосъ, нѣтъ сомнѣнія“. — Ты намъ вотъ что: ты намъ квасу дай только, а хлѣба да луку мы своего