b000002165

8 8 КРЕСТЬЯНЕ-ПіЧіеЯЖНЫЕ. — ТІе хорошо, не хорошо... Гм ...— Старичокъ понюхалъ табаку.—Зачѣмъ же вы человѣка-то засудили?... Вирочемъ, извините, не смѣю любопытствовать. Старичокъ вытеръ носъ, раскланялся и отошелъ. — Да развѣ мы виноваты?—спросилъ Савва Недоуздка, боязливо глядя на него. Зашуршалъ по полу длинный шлейфъ. Молодая дама вскинула лорнетъ и близо- рукими глазами пристально посмотрѣла въ лицо'сначала ІТедоуздка, потомъ Саввы Прокофьича и, сжавъ губы, прошла ми- мо. Саввѣ было не по себѣ. — Петра, уйдемъ,—сказалъ онъ. Трактиръ политичнаго гласнаго былъ полонъ. Висѣвшія съ потолковъ лампы смутно свѣтнли въ удушливомъ, наполне- номъ промозглыми парами и табачнымъ дымомъ воздухѣ. Безалаберный гулъ го- лосовъ покрывалъ собою грохотъ машнны, со всѣмъ стараніемъ. разыгрывавшей ве- селый м о т іів ъ . Градекій представитель, съ блаженною улыбкой й размалеванными яр- кою краской щеками, стоялъ предъ нею и, растоиыривъ, иодобно крыльямъ, рукн, что-то выдѣлывалъ и ими, и иогами- въ таКтъ веселому Мотиву. — Наддавай, наддавай!... Звуку боль- ше! Маменька, вынеси! Голубушка, ко- лѣнцо!—съ какимъ-то замираніемъ объ- яснялся онъ съ машиною. — Не пискни, голубушка!Разъ! 1іачішаетъ!...Тише вы!... Слушай! ІІредставитель замеръ. Пьяные тости, безсмысленно улыбаясь и выпучивъ осо- вѣлые глаза, широко раскрыли рты, какъ бы собираясь со всѣмъ усердіемъ прогло- тить не только „колѣно“ , но и всю ма- шину. ІІоловыё, ухмыляясь, замерли на своихъ мѣстахъ, задержавъ на' минуту неугомонную бѣготпю. Недоуздокъ, проходившій въ это время съ Саввой Прокофыічемъ мимо трактнра, пріостановился и нё утерпѣлъ, чтобы не удовлетворить своего любопытства. — Зайдемъ,—сказалъ онъ Саввѣ. — Ііѣ ту ... Ііу ихъ!... — Не надолго... Только заглянемъ... что они тамъ... Они вошли и присѣли у дверей. Савва Прокофьичъ долго не могъ понять, что такое происходило предъ нимъ. Впеча.- тлѣніе строго-торжественныхъ сценъ суда предъ многочисленнымъ сборищемъ го- родской публики, какое онъ когда-либо видывалъ, сцены разъѣзда послѣ суд-а,. грохотъ машииы, пылаюіція лица трак- тирныхъ гостей, — все перемѣшалось у него въ головѣ. И только когда машина смолкла, онъ могъ разсмотрѣть разгла- живавшаго самодоволыю бороду Гарьки- на, сидѣвшаго среди купцовъ, осклабляв- шіяся физіономіи мужиковъ, залѣзшихъ за нимъ на „чистую половину11, и, наконецъ, умиленнаго представителя, кричавшаго: „Важно, маменька! Уважила!“ — Позвольте васъ спросить, — вдругъ обратился къ Саввѣ Прокофьи.чу купече- скій сынъ, чѣмъ-то озабочениый. Савва Прокофыічъ смѣшался. — Вы вотъ съ эдтимъ самымъ госпо- диномъ коммерсантомъ,—показалъ Саби- ковъ на Гарькина, — нзъ одной волости будете? — Нѣтъ, мы разныхъ будемъ. — Ііу , в.се -жъ, йзъ однихъ мѣстъ? — Изъ мѣстъ—изъ однихъ... ІПабры... — Ну, вотъ!Вѣдь, онъ Гарькинъ будетъ? — Онъ самый. — ІІе Савеловъ? Савва Прокофыічъ замялся: онъ испу- гался, какъ бы ему чего не было. — Такъ не Савеловъ? — допрашивалъ купеческій сынъ. — Нѣтъ, не Савеловъ-і — ІІу, такъ и есть!... У меня, я ;цо- мню, гдѣ-то записано было... Жона тогда такъ и сказывала, когда онъ быдо меня нагрѣлъ..., Вы позвольте... будьте свидѣ- телемъ... Я сейчасъ,—проговорилъ Саби- ковъ и подошелъ къ „братцамъ-адвока- тамъ“, Савва Прокофыічтз совсѣмъ сгрусилъ. — Іі-ну васъ тутъ совсѣмъ!—прошеп- талъ о ііъ и выбрался за дверь. Гарькинъ обернулся—Саввы ІІрокофыі- ча уже не было. Около купеческаго сынаг между тѣмъ, ;стали собираться.слушатели. — То-^то, думаю себѣ, какъ будто за- тменіе, — разсказывалъ .онъ, размахивая руками.—Мы, изволите видѣть, по своей коммерціи такого обычая дёржимся: запи- сывать, кто ежели нашего брата насчетъ какого товара объѣдетъ... Жена, пзво- лите видѣть, пріѣхала и говоритъ: смо- трю—полотно... — Да въ чемъ дѣло-то, .говорите! — крикнулъ Саша. — Самозванецъ, — растерявшись, про- говорилъ Сабиковъ. — Кто? — Вотъ они-съ, — показалъ о ііъ на Гарькнна.