b000002162

Лето давно перевалило за макушку, когда Петров выбрался в па­ мятный лесок. Странные, бурливые воды схлынули, по обе стороны тропы клонились высокие травы. Он ходил между сосен и рябинок, возвращался к тропе, снова от неё начинал искать Брошин холмик. Наконец остановился и тихо позвал котика, а уже вскоре под рябин­ ками и дубком заметил, узнал бугорок. Жёлтые и синие цветочки Иван-да-Марьи ещё не просохли от росы. Петров опустился на кор­ точки... Потом вынул из сумки Ленину детскую лопатку, накопал дёрна, плотно обложил им холмик, чтобы не заливала вода, когда придёт с долгими дождями осень. «Как медленно падает на землю жёлтый лист, как быстро ложится. Только глазом моргнёшь - он уже в ворохе своих братиков. Так и год проходит, и другой...» И з з а п и с н о й т е т р а д и П е т р о в а . В отличие от лета, у осени нет макушки. Но по календарю была середина её, и погода колебалась —куда повернуть. С утра лил дождь, после полудня разведрилось и засияло солнце. Ближе к вечеру Пет­ ровы с внуком вышли на прогулку. За два года Коленька вырос, ещё окреп. В парке он катался с горки, скакал на палке, убегал прятаться. Петров искал, заглядывал за каждое дерево, а когда наконец оказы­ вался рядом, мальчик выскакивал, заливался смехом, с размаха об­ хватывал его за ноги: «Дед!», —и, чтобы бабушка не успела задер­ жать, опять мчался без оглядки. Она всё же ухватила его за рукав. «Весь сырой. На сегодня хватит». «Нет!» - категорически ответил малыш. «Ну ты послушай...» - начала бабушка. Коленька слушал, он понимал всё, но сам произносил пока лишь отдельные слова. «Лад­ но, последний раз», - разрешила она в заключение, и Коленька рва­ нул что есть мочи и, поскользнувшись, растянулся на сырой траве. Петров поспешил на помощь, мальчик успел подняться, губы кри­ вились, но в глазах не было ни слезинки. Даже на прививках, когда дети надрывались в крике и утопали в слезах, он не ныл и не плакал, за что сестрички называли его Николай Неустрашимый. «Больно? Тебе больно, котик?» - волновался Петров. Подоспела бабушка, вытерла Коленьке руки, отряхнула курточку, и они повер­ нули домой, кормить Арсика. 265