b000002162

он свернул в лес и вскоре ступил на памятную тропинку. По правую сторону от неё стоял бор, по левую - смешанный лес с подлеском - туда и надо было Петрову, но откуда бы он ни заходил, везде была вода: бурлила, шумела, переливалась по впадинам. Словно сама зем­ ля ворочалась. Он изрядно промочил ноги, но к Брошиному холмику так и не вышел. Через день, другой остановились часы на кухне. Петров зачистил контакты, сменил батарейку, но они не пошли. Часики было жаль. Под их ритмическое тиканье они с Брошей в вечерний час преда­ вались скромным мечтам, строили планы. Потом с потолка посы­ палась побелка. Как-то ночью свалился карниз со шторой. Кругом что-то падало, сыпалось. Петров ходил по квартире то с молотком и отвёрткой, то с веником и совком. Он прихрамывал - заболела нога, которую обнимал Брошенька, лёжа с ним на диване. На урожай в саду Петров давно не надеялся и картошку-то по­ садил больше для отвода глаз, чтобы недобрые люди знали, что тут кто-то ещё бывает, и не ломали, не топтали всё подряд. Да куда там! Старый забор повалили, пустующую теплицу вывернули. «Беда в том, что вся нынешняя жизнь расфокусирована по отно­ шению к небесным лучам. Семь смертных грехов поделены поровну. «Простой народ» всё больше подвержен печали, гневу, унынию, а хозяева земной жизни в услужении у чревоугодия, блуда, сребролю­ бия. Последний смертный грех разделён напополам: «массе» —гор­ дость, «избранным» - тщеславие». И з з а п и с н о й т е т р а д и П е т р о в а . И вот пришла грибная пора. Какие бы заботы ни тяготили Петро­ ва, он с горячим желанием откликался на лесной зов. И сколько же набирал грибов! В этот год он выбирался в лес только дважды и оба раза возвра­ щался с полупустой корзиной. Неудачные походы были ещё омраче­ ны неприятными случаями. В первый, когда, ничего не набрав, он вышел к полю с намерением, срезав по нему путь, перейти в другой лес, вдруг полетели клещи такой тучей, что в глазах зарябило. Он едва успевал смахивать их с лица, доставать из-под ворота. А в еле 261