b000002162

- Может, сначала почитать, что пишет об этом Мопассан? - Да куда он денется? Он у нас дома, в библиотеке. Главное, не рас­ страиваться. Я-то с шести лет читаю, даже по ночам бывало - спрячешь книгу под одеяло, включишь фонарик - и-и-и понеслись строки. - Здорово! Правда, ты мне это уже говорил. - А чего я тебе ещё не говорил? Давай-ка лучше свои новые мар­ ки покажу. Мимо открытой двери прошла молодая горничная в белом фарту­ ке и с кокошником, и Тарас продолжил потише: - У меня появились марки фашистской Германии и самого... - Он вскинул руку в нацистском приветствии. - Ты сам-то не того, Тарас? Как же красное знамя, красный галс­ тук и даже трусы? А?! Тарас тут же посерьёзнел, но, конечно, и вида напустил. - Меня с идеи никто не сдвинет, сам американский госсекретарь. А вообще, знаешь, в чём наше отличие? На войне ты стал бы героем в первый же день - посмертно, ну, может, чудом до второго бы дотя­ нул, а я не в первый, нет, зато пожизненно. Понял? - Понял. Пей, то есть бей умненько, завтра ещё дадут маленько. Тарас хмыкнул: ладно, мол, ты ещё тот тип, с тобой ещё работать надо. Вышел куда-то, вернулся с шахматной доской величиной в по­ ловину стола, а фигуры были с ладонь. Расставили. - Предположим, что мы Клима уничтожим... - Сказал он, но противник возразил: это ещё надо доказать. Климов неплохо играл в шахматы: отец научил. Десяти минут не прошло, как Тарас одним махом сбросил фигуры на пол. - Да чего там ... Всё шло к ничьей. - Где только врать научился, не у отца же? - Климов подмигнул. - Тебе мат вот-вот должен быть. - Да ладно. Пойдём на мотоцикле покатаемся. Спустились во двор. Красный красавец мотоцикл «Ява» стоял чуть не посреди него. Створки ворот как бы сами собой разошлись, и без шлёмов, которые тогда ещё не ввели в обязанность мотоцик­ листам, друзья выехали на улицу. Гаишники пока были в штучных экземплярах, и Тарас погнал. Впереди них, потише, с девочкой на багажнике, ехал подросток. 20