b000002162

восемь штук и кроны какие! - ягодных кустарников ряды, а огород? - до следующего урожая кормит. А папа вкалывает - пусть и выпива­ ет. И мама - хоть и инвалид с детства. Фая - дальше за дело, а Лера не уходит, словно ждёт, когда она ей всё это выскажет, а то ещё чего- нибудь спросит, теперь уже вкрадчиво. «Чего, порожек поскрести, - переспросит Фая, - скрёбанный-перескрёбанный? Иди уж, решай задачи», - и ещё добавит про труд и эволюцию видов. Она уже стала отпускать насмешки по отношению к хозяевам, а с девочкой - уж как получится. И та - с ней. «Труд создал из обезьяны человека? - тоже переспросит. - Не знаю, как вы, но я точно не от обезьяны». Фая уже жалеет, что вспомнила старика Дарвина. В квартире пять комнат, в гостиной икона Божией Матери - висит для украшения. А Фаин отец, как стал членом правления колхоза, все иконы в сарай снёс и, если бы не мама, вообще пустил на дро­ ва, а самую большую - «Святой Никола с житием» думал под дверь приспособить. Вот так и решают вопросы: интеллигенты первого поколения - неправильно, половинчато, а класс рабочих и крестьян - как то надо. Фая окончила в районе педучилище. В деревне и поблизости школ нет. На второй день приезда к Забелиным ходила в гороно, но вакансии учительницы младших классов не нашлось. И к середине сентября она определилась: поговорила с хозяином, мол, работу по дому, в зачёт проживания, не оставит; и пошла в школу, кем пред­ лагали, - пионервожатой. Белая блузка, любимый красный галстук, синяя юбочка, туфли на низком каблучке. Горны, барабаны, марш пионеров с песней: «Взвейтесь кострами, синие ночи, мы пионеры, дети рабочих! Близится эра новых годов, клич пионеров - всегда будь готов!» Пойте горны, бейте барабаны, лейтесь песни трудо­ вого народа. И эта, пронизывающая до дрожи: «И вновь продол­ жается бой, и сердцу тревожно в груди! И Ленин такой молодой, и юный Октябрь впереди!» Лерочка дома музицировала на фортепи­ ано, пела другие песни дивным голоском. В пионерском хоре Фая его сразу бы узнала, но нет, не пела она вместе со всеми. Как-то, не без строгости, спросила: почему, мол? Лерочка как обрезала: а вам какое-растакое дело? У Фаи брови волнами, напомнила девчонке, кто она в школе. 208