b000002162

нул руку, а обладателям поясов категорически запрещалось вступать в схватки вне арены. - Да с меня сняли обвинение, - Седой встряхнул плечами, - и подписку о невыезде забрали. - Зато мне вручили, - поделился к случаю новостью Игорь. - Да в чём дело? - Смуглый небольшого роста каратист округлил чёрные глаза. В команде за этот росточек да мягкость и уступчивость его называли Ванечкой, а те, кто встречался с ним на спортивной арене, не иначе, как Танкидзе, коверкая фамилию -Таркидзе. - Чего молчишь? Ты же защищал объект от бандитов. - Да, оказалось, не объект я защищал, а «сахарный песок». - Да-а, вот это подстава, - вздохнул Ванечка. - Нет правды на земле. Нет, правды в ногах... - Но нет её и выше. Это вы с ним за «сахарок-то» сражались? - Седой погладил котёнка. - С ним, с Тишей. Ванечка протянул к котёнку пятерню, которой можно было каст­ рюлю, как крышкой, накрыть и засмеялся: - Да какой это Тиша, Игорёк? Это Маша. Игорь покраснел: как же он не заметил? - Бывает, - кивнул Ванечка. - Да, к тебе тут два раза девчонка приезжала, классная такая. Я бы за такую двумя руками и ещё обеи­ ми ногами уцепился, хотя она почему-то не на «Форде», а на велике. А ты, Игорёк, даже на звонки не отвечаешь. - Аккумулятор сел. Раньше меня. - Да брось ты. Если не отстанут, мы всё УВД в щепки разнесём. Делов-то на пять минут, —высказал свою позицию Седой. Из боковой низкой двери вышел тренер. За буроватые, с желтиз­ ной глаза, низкие скулы и приземистость подопечные между собой называли его Печенегом. В его честь стиль и предпочтения в веде­ нии боя называли школой Копнина. Она поставляла в сборную стра­ ны больше трети рукопашников. А начинал он в районном городке. Константин Николаевич был чем-то озабочен, приобнял Игоря. - С тобой хочет поговорить какой-то мен. Ждёт в тренерской. Давай-ка я котёночка подержу, а то как-то не солидно беседовать с серьёзным человеком с котёночком-то на руках. 167