b000002162

- Ну, я поехала, - поспешила она проститься так же, как в пер­ вый раз, и оттолкнулась носком кроссовки, а её отец сел в машину, где на задних сиденьях расположились двое мужчин в тёмных тяжё­ лых, как будто намоченных, костюмах, и уже из окна протянул ему визитку. Когда «Роллс-ройс» отъехал, Игорь заглянул в неё и мед­ ленно порвал. Номера служебных телефонов председателя Совета директоров совместной российско-немецкой холдинговой компании Селезнёва Валериана Марковича студенту были ни к чему. Вот что значили косые, насмешливые взгляды в интернет-кафе, анонимная записка. Ну почему так получалось, что он узнавал позднее всех то, что напрямую касалось его? Балка прогибалась, эпюры отношений оказались непрочными. Игорь перестал ходить в интернет-кафе, а Маша звонила каждый день, а то и по нескольку раз, кроме сегодняшнего, почему он, обес­ покоившись, и позвонил. И вот она сама назначила встречу. Желание видеть, слышать Машу и осознание того, что им лучше не встречать­ ся больше, обжигали, ставили крест на выборе. А он привык, что выбор всегда был, пусть между плохим и скверным. Однажды отец, почитаемый в своих Никологорах интеллигент, сказал по какому-то случаю: вот, мол, Марксов «Капитал» теперь считают трудом устаревшим и вообще неправильным, но одно дело устаревший, другое - неправильный, а главное, «Капитал» актуален, а для России оказался ещё и пророческим. Игорь, конечно, не читал этот труд, но «иллюстраций» насмотрелся, их побрасывала действи­ тельность. А безысходных ситуаций у русского человека было и есть хоть пруд пруди. Недаром говорится: утро вечера мудренее. На дежурстве спали, наверно, все, кроме него, запирались и уст­ раивались на топчане. Котёнок, посапывая, спал у его локтя. После всех тревог Игоря сморило прямо за столом. И приснился ему сон, который он уже видел. Вот идёт он где-то в городе по тропинке, какую всегда вытаптыва­ ют в траве пешеходы, чтобы не ходить асфальтированными углами. Немного в стороне покачивает кроной одинокая берёза, и сидит под ней, прислонясь спиной к стволу и вытянув ноги, пьяный. Голова не держится, свесилась на грудь, глаза закрыты. Ну сидит и сидит - к утру встанет. Сколько их сидит, валяется под воспетыми поэтами 164