b000002161

— Ну, ладно, погуляли. — Стрельчук вызвал по телефону так- си, однако никто не поехал. Девушки собирались помочь Насте убрать посуду, а парни — проводить девушек. — Едь, едь, — сказала Бобкова, — а через часок за нами нри- гонишь. У тебя денег навалом — вагоны разгружаешь. Стрельчук направился к двери. Настя лунатически последовала за ним, даже на площадку ушла, лепетала что-то такое доброе, ласковое, отчего у самой щекотало в носу. Когда посуду уже почти убрали и на столе оставался один полный фужер, невыпитый Каркушей, и немного салата, случилось ужасное. Бобкова, ласковая с Настенькой после ухода Стрельчука, вдруг опять как белены объелась. Взяла сигарету и принялась оку- ривать висящий над кроватью ковер. — Это тебе — за реверс, — выдыхала дым Бобкова, затягива- лась глубоко и снова дула в ковер, а это — за бандаж в сумке у девицы Невзоровой. — Перестань, — всплескивая руками, закричала Каркуша. — Не смей. При чем тут Серебряная Нина? — При том... что гадюку... пригрела, — кашляя, выговорила Бобкова. — Ты на гадюку и дуй! А на ковер не смей! — закричала и Настя, зная, что лицо у нее теперь стало белее полотна и может еще побелеть, сделаться, как простыня, как ненавистный снег за окном. — Это пусть тебе Серебряная Нина подует... в одно место... А я дуть не буду. Я вот что сделаю... — И не успели парни подскочить от распахнутого балкона, где сосредоточенно покуривали, как Боб- кова, схватив фужер, а другой рукой дернув Настю за воротничок, выплеснула под платье вино и еще рукой провела по спине: — Что? Отлично? Может еще са-ала-атика-а положить? Каркуша заплакала: — За что вы так? За что? — Ну, девочки, докатились в ы ,— покачал головой Федоров. — Ну, мужики, вы даете, — буркнул Кошелев. Наетя выдержала пытку не пикнув. Теперь она была холодна, как нелюбимый снег. Выпроводив всех, заперла дверь. Посмотрела на себя в зеркало. Лицо и впрямь выглядело белее снега. Сняла платьице, хотела постирать, да ведь не высохнет до завтра. Навела порядок в комнате, думала лечь, как позвонил Стрельчук. — Ты где? — спрашивала Настя. — Ты где? — А слезы сами катились по щекам. Он был рядом, почти под окнами, приехал за компанией, как обещал. — Никого нет, все ушли, — лепетала Настя. — Поднимись сю- да. Мне надо тут... Не успела найти никакого х а л а т и к а— он вернулся. Накинула на голые плечи шубку и, протяжно вздохнув, открыла дверь. 196