b000002161

Я привезла и огурчики, и помидорки, и даже, представь, вишню маринованную. А за тобой, Каркуша, свечи. — Хорошо, — смиренно повторила та и вдруг всполошилась. — Ба, Бобкова ведь хочет прийти. — Это еще зачем?.. — Хочет и — все. Не могла же я сказать ей, что она персона нон грата. — А надо бы, — буркнула Настя. — Без нее, может, и Невзоро- вой не пришлось бы сегодня плакать. — Они уже вошли в обще- житие. — Чао! — простилась наконец до вечера с удивленной ста- ростой, с этой чудной Каркушей, с которой иногда ехали вместе в родительские дома. Сама Настя налегке, а Каркуша — с сумкой, на- битой свертками. На округлой площади Настиного городка расста- вались. Настя, как зверь, неслась домой, а Каркуше еще было поло- жено мерзнуть в ожидании поселкового автобуса. Она и в институ- те-то существовала, как на перекладных — то кого-то, то чего-то ожидая. Не жизнь, а одна морока у бедной, доброй Каркуши — Настя уже жалела ее. К десяти собрались все. Торопиться некуда: крещенское гада- ние в полночь. Кошелев достал водки, Стрельчук — ведь как знал — принес любимого Настенькиного вина — белого сухого. Но какое это было вино! Терпкое, слегка вяжущее, е нежной сластинкой, ощущае- мой после глотка. А как оно играло в фужере, сколько искр загора- лось и гасло без печали! У Настеньки потеплело, успокоилось в груди. Сегодня она была за хозяйку. — А ведь хорошо сидим, а, мужики? — выпив, как бы очнулся Кошелев, поддел сочащийся соленый помидор. Черные стекла очков влажно сверкнули в лицо Настеньки. — Говоришь и до нас тут со- бирались? Вот я бы их... стервецов. — Собирались-то собирались, да вино, наверно, не пили ,— пропищала Каркуша, потому что Настя промолчала, только повела изящно плечиком и — все. — Что они, пятак медный, хуже нас были? — выпалила Боб- кова. — Так же, а то и почище еще кайф ловили. А у нас и салатик летний, и помидорчики при огурчиках, и сальцо, и рыбка в томате. И все — Настенька, красавица наша. При-ижилась тут. — Не у тебя же, — усмехнулась Настя, а Бобкова погладила ее по спине грубой своей ладонью. Едва не поперхнувшись, Настя отодвинулась. - — Смотри, как бы Серебряная Нина не погнала тебя гряз- ной метлой. — Ну знаешь что, ты... — вспылила было Настя, да Каркуша успокоила, подмигнула помутневшим глазком: не обращай внима- 194