b000002161

концу учебы отваживая от себя молоденьких подружек. Зачем им помнить о ней? Зачем обуза на душе, когда многих для родителей-то не хватает? После тяжелой предыдущей ночи Нина Павловна только косну- лась головой подушки, как и уснула. А Настенька, сладко поворо- чавшись, встала, подошла к двери в ее комнату, чутко прислуша- лась... Потом закурила у открытой форточки. Первая же затяжка вызвала противный холодок в животе, стало подташнивать, при- шлось бежать на цыпочках в ванную. Перед тем, как лечь, выпила таблетки и выглянула в окошко. Настя была летним существом и часто видела все вокруг лет- ними глазами. Вдобавок же обладала кошачьей зоркостью. Сейчас она смотрела на кирпичную стену бывшего монастыря, озолоченную поверху солнечной лентой, на колыхание молодой березовой листвы. Вид был чудесный, умиротворяюший. Если бы только не беспокоить- ся: что будет с ней самой, когда и впрямь погорячеет солнце, и про- бьет листок скорлупу почки? Постояв еще немного, она, как жела- ла, совсем забылась, любуясь этим летним видочком. Стояла бы и смотрела всю жизнь, и чтоб никуда, никуда не надо бежать... Настя не знала, что все, а особенно красивые притягивающие нас места обладают замечательной способностью скрывать трагиче- ское, злое, что некогда произошло в них. Не случайно так тянут нас новые прекрасные места, которые не были молчаливыми свидете- лями наших несчастий, и мы даже думать не хотим, что здесь, в этих чудесных уголках, могли произойти другие, неведомые нам беды. Ну а Настино зрительное воображение не могло, конечно, нарисовать бредущую вдоль солнечной стены пару — молодую Нину Павловну и ее мужа, несущего завернутое в белую простыню тело сына. И уж никак не могла знать Настя, что Серебряная Нина при жизни мужа так и не смогла простить его. И недаром приятные хрустящие про- стыни, пододеяльники хозяйки не сплошь белые, а — в красную и зе- леную полоски. Не выносила тогда все белое несчастная Нина Пав- ловна, все мерещилась та простыня. Д аж е бумагой на работе поль- зовалась серой или розоватой. Только белый снег многих прошедших в одиночестве зим примирил ее как-то с этим цветом. Настя стала бывать у Нины Павловны. Глядишь то продукты несет, то уборку надумает затеять, норовит и полы подмыть. Хозяйка умеряла ее простодушный пыл, а полы мыть вообще запреіила. Сама она устала от сложностей жизни, посмертных бесед с мужем и полюбила безыскусную Настю. А когда отъезжала в командировку, отдала ей ключи. Настя спросила, можно ли пригласить подружек отметить за домашним чаем сдачу экзамена? Нина Павловна вели- кодушно разрешила. Беспокоил декана один Стрельчук — почему-то 191