b000002160

акации, веткой сорвало картуз. Он потерянно ощупывал колючую темноту, пока она усталым голосом Болдина не напомнила сакраментальное: сняв­ ши голову, по волосам не плачут. Так-то. Без головного убора примчался к лошинскому крылечку, схватился за ручку обычно податливой двери, а сегодня чрезвычайно неуступчивой. На стук открыла горничная. Несчастная Лиз пребывала на дежурстве. Горничная, как на беду, со значением подкашливая, уведомила, что до­ ктора увели только на пару-тройку дней и волноваться особливо нечего; доктор перед уходом со служивыми вынул из кармашка свои часы на цы­ почке (она так и произнесла), сказал, что щас столько-то часов, столько-то минут, время мчится и никто не успеет даже оглянуться, как он будет тут как тут. Передав интересующее Сергея, горничная деликатно зевнула, поправила стародавний чепец и истово перекрестилась. «Не берите в голову», - посо­ ветовала бабка, однако, удаляясь, уже у самой калитки, Сергей явственно различил шипение плевка. Он вздрогнул, хотя ни секунды не сомневался, что ему просто послышалось. С ветки повалилась спящая птичка, истош­ но вскрикнула. Он остался ждать на скамейке. Лиз возникла внезапно, он даже не успел как следует подняться. Что-то шептал, искал её руки, но они ускользали, и рот барышни был стиснут. Мучение длилось с минуту, и Лиз как-то сразу исчезла. У Сергея горело лицо, только одна левая щека, хотя Лиз не подняла на него руки. Под рубашкой тоже стало горячо, сердце ко­ лотилось. Прижимая руку к груди, Сергей побежал прочь. Пистолета он, конечно, не имел, мысль о верёвке, выталкивающей изо рта вспухший язык, была ему нестерпима. Гулко ухая по бревенчатому настилу «живого» моста, Сергей пронёс­ ся на середину, схватился за гладкие перила и в мгновение ока окунулся в блестящую чёрную воду. Холодная, злая, она сопротивлялась и выталки­ вала наружу. Сергей всплывал, погружался и, как поплавок, помимо воли выныривал. Он измучился в борьбе с проклятущей, не желающей принять его водой. Какой-то мужик подал с моста кончик хлыстовища и вытянул незадачливого утопленника. Поднялся ветер. Сергей дрожал как осиновый лист. Бело-чёрная, будто из серебра, борода клонила долу голову мужика. Фыркала лошадь и ти­ хонько пристукивала кованым копытом. Сергей хотел броситься к мужику, рассказать о своей беде, но тот внезапно отступил и, поведя хлыстовищем, больно огрел его по спине. - Ишь, безобразник! Креста на тебе нет! - выругался мужик. Сергей кинулся прочь. Из отворотов штанов разлеталась липкая тина. Он совсем занемог. Лето уже выпустило все пары. По холодку, в оз­ нобе Сергей притащился на следующий день к резной внушительной двери. Обычно вежливый, часовой-красноармеец метнул в него непод­ купный взгляд и штыком преградил дорогу. Сергей попятился и только 27