b000002160

НЕТ ЛУЧШЕ МЕСТА НА ЗЕМЛЕ Двухэтажный дом с островерхими окнами, вну­ шительным парадным, с правой стороны, по­ мещался рядом с костёлом, в глубине двора. Сложенный из красного кирпича, он со временем слегка потемнел, но в по­ гожие ясные дни, когда солнце обливало всё вокруг своими лучами, вдруг окрашивался в нежный малиновый цвет. Владимирские старожилы назы­ вали его домом ксёндза, хотя католический священник давно уже не жил здесь, костёл был закрыт, а дом заселили семьи советских служащих. В ту пору, полвека назад, через парадное, длинный коридор с площад­ ками, каменными ступенями, чуланами вбегал в дом русоволосый тонкий мальчик. Квартира его родителей состояла из двух комнат с высоченными потолками и большой кухни-прихожей. Окна смотрели на все стороны све­ та: три - на запад, одно, в коридоре, - на восток, а ещё по одному - на север и юг. Тут протекала его жизнь - поначалу неспешно, подобно пасущемуся в небе золотистому облачку, а с накоплением прожитых лет побыстрее, ну а потом... потом - со стремительностью налетевшей бури, которой сопутс­ твует сперва раскатистый, катящийся с небесной горы гром, а в разгар гроз бьющий мощно, в одно касание, расщепляя молниями грандиозное небес­ ное сооружение. Только, в отличие от бурь, настигающих человека, стихия никогда не несла никаких разрушительных для небесных высот последс­ твий, что говорило о вечности, цельности неба, предупреждало об его рази­ тельном несходстве со всем земным, забывать о чём чрезвычайно опасно. Ну да мальчику слишком рано было задумываться об этом. Родители обеспечивали прочную защиту от любых напастей. Их любовь к нему и сестре его пронизывала сам воздух, её словно переняла обста­ новка комнат - будь то старинный буфет-труженик, диван, обитый кожей, с высокой спинкой и полочкой поверху, комод с зеркалом в причудливой раме, стол с массивными резными ножками и другой, обеденный, попроще, трюмо в чёрной раме, ширма, раздвигавшаяся раз в году, ради новогодних домашних постановок «Терема-теремка», когда участниками и зрителями представления становились мальчишки и девчонки со двора и улицы. Но едва ли не сильнее привычных вещей мальчика притягивало окно на юг в большой комнате. Летом мама оставляла на этом подоконнике немного цветов, самых устойчивых к полыхающим солнечным лучам, и он, как ещё 204