b000002158

Дожди шли половину лета. Поднялись и забуйствовали травы - сочные, густые, но с ядовитым фиолетовым отливом. Мужики в кепках и пиджаках косили прямо на газонах. Травы не сохли, пока не установилось наконец недолгое вёдро. Отец потянулся к солнышку, вышел на балкон. Похудевший, какой- то квелый, в старом заштопанном свитере, отрешенно глядел на разлив зыбкого, колышущегося света. Три предыдущих дня, под дождичек, он “ играл на “ Ройале” , как сам сконфуженно пошутил, объясняясь утром с матерью. Прогоркло-сладковатый запах дешевого спирта еще держался в комнате. Но тусклые, выпирающие из рядов корешки старых книг в рас­ крытом шкафу могли навести и на мысль о недавних интеллектуальных “раскопках” . Что искал он? Очередную цитату, подходящую под нынеш­ ний темный исторический срез?.. Внизу, под балконом, мужик в кепке с выгоревшей до ржавчины пуговицей на макушке, доворошив сено, достал из кармана бутылку и сосредоточенно приложился. Отец сторожко повернул полынно серебря­ щуюся голову. Максим отвел глаза и, чтобы он не мучился, поскорее ушел. Влажные громадины словно опухших после дождей домов, нудная уличная суета, посвист пролетающих иномарок - все навевало печаль, предчувствие раннего прощания, ударом в сердце угаданного подростком. Лавируя среди лакированной несущейся стали, он перенесся на другую сторону дороги. Коммерческие ларьки зазывали бумажной позолотой эти­ кеток, разноцветьем заграничного пойла, блеском слюды на пачках сига­ рет. А в пологой сизоватой котловине вставали заводы, замирали фабрики. Непредприимчивый рабочий люд заполнял улицы. Атмосфера мрачного праздника будоражила город. Протяжно наскрипывали деревья. Максима занесло на вокзал, к дрожащей на путях электричке. Он едва успел. Только поезд тронулся, как объявился живописный нищий в голубой прорезиненной хламиде. Изуродованный попрошайка “ косил” под немого да еще тронутого умом: сверкал кроваво-мясистым вывернутым веком, совал чуть ли не к лицам пассажиров кулак и внезапно разжимал чешуйчатые от грязи пальцы. Оторопелые пассажиры начинали машинально шарить в кар­ манах, однако на бывалых ни вид бомжа, ни его изощренный приступ не