b000002158

те моему честному слову, никогда о том не спрошу. - Он даже приложил руку к сердцу. - Так это вы спали под березками-елочками? Как я вам только руку не отдавил. Вон ту, раненую. - О, господи, чего только не приснится! Кстати, папиросок у вас больше нет? Ну и слава Богу. Он хотел обойти меня, чтобы взять колье. Он мог взять что угодно, забрать лесной тайник, но не “Божью коровку” , принадлежащую Анжеле и никому больше. Я не мог ее отдать, иначе смысл происшедшего терялся вовсе и мне надо было отправляться в начальную точку своих терзаний. - Не подходите! - сказал я, не узнавая собственного голоса. Голос шипел, змеился. Влетела Анжела. Она пребывала в ванной и дверью наружу хлопала только для блезиру. Завопила, как кошка. Оглушенный следователь попятил­ ся и все же успел схватить меня за плечо, но отбросить в сторону медлил. - Вот ты чем разжиться захотел, негодяй ментовский! Мало тебе взяток со складов-магазинов. В се хапаешь. А рак всю задницу проел. С в е­ чечками заряжаешься, думаешь, пройдет... Она стала лихорадочно шарить глазами, но ничего увесистого не по­ падалось, и тогда она рванула за шнур торшера. Шнур был длинный. Несколько лет назад я уронил единственную в доме хрустальную вазу. Она разбилась бы вдребезги, не попади ребром донышка на шнур. Спасши себя, ваза перерубила шнур. Отец соединил его и замотал изолентой стык. Сейчас шнур разорвался по месту соединения, и длиннющий хлыст оказал­ ся в руке Анжелы. Она еще рванула почти за оголившийся конец. Торча­ щая в розетке вилка не пускала, и тут Анжела, сообразив, что у нее в руках куда более серьезное оружие, чем простая плеть, нацелилась ого­ ленными кончиками провода в грудь следователя и принялась делать угро­ жающие выпады. Вяловатый, он завертелся козликом, так взбодрили его смертоносные жала. Анжела, повизгивая, хохотала. Я хотел вырвать у нее провод, но она увернулась и за спиной стала перекладывать его из руки в руку. Внезапно ее так ударило, что она даже не вскрикнула, просто пова­ лилась навзничь. Тело ее, страшно изгибаясь, заколотилось. Я уже почти схватил провод, как следователь ударом ладони сшиб меня с ног. Я стук ­ нулся головой о сервант и даже не сразу смог вскочить. Маленькие солнца величиной с теннисный мячик заскакали по трепещущему Анжелиному телу. Она лежала поперек комнаты, запрокинув голову. Следователь за­ махнулся было перепрыгнуть, наверное, чтобы выдернуть из сети вилку, но, внезапно скорчившись, свел ноги и угодил под ток. Я взлетел над обоими трепыхающимися почти в обнимку телами и с трудом вырвал, едва не выломал, из гнезда вилку. Они сразу обмякли, разлепились. Я опустил