b000002158

- У вас зато непорочная. Сперва вам казалось, что я у вас под колпаком. Вы даже возомнили, будто ведете меня к преступлению. Но я не пошел у вас на поводу. Вы это почувствовали и стали просто подстра­ иваться. - Я желал одного - предотвратить. - Нет, вы просто отговаривались перед самим собой. Вам надо было схватить меня за руку. Но вам и это не удалось. - Я старался. - А-а, я знаю. Гасили у меня свет, а раньше являлись с тайным обыс­ ком. Следили, как самый заурядный мент, из машины за Анжелой. - Молчать! - заревел он, и мы оба вскочили. - Вы играли в свою сентиментальную милицейскую игру, чтобы спо­ койно брать, - договорил я. Голос у меня внезапно сел, как будто не он, а я только что истошно кричал. Я думал, он ударит меня, так побагровело его невыносимо, непри­ лично круглое лицо. Оно стало похоже на крошечный кратер. Я ждал пены, лавы. Все тело у меня нестерпимо горело. Никакая боль отныне была мне не страшна. Он опустил занесенный кулак, подул в него. - Где еще папироски? - спросил расстроенно и уже не гневаясь. - А впрочем, они вам больше не понадобятся. Вот, подпишите. Он подвинул мне протокол. Я пробежал глазами запись. Вполне обычная и даже правдивая - с вопросами о преступлении и моими ответами. “Ника­ ких соучастников у меня не было” - на этой фразе показания заканчива­ лись. Ручки не нашлось. Она погибла несколько минут назад под его сапогом. Он стал искать другую, выложив из ящика стола пистолет и демонстративно не глядя на него. Физически мне ничего бы не стоило застрелить себя или его. М ож ет быть, он и рассчитывал на мой бешеный порыв, не сомневаясь, куда направится дуло, но моя рука быланастроена на ручку и ни на что иное. Наконец он достал маленькийкинжал, и его острием я расписался. Такие ручки в форме миниатюрного кинжала продавались на берегу моря. Местный ширпотреб охотно раскупали отдыхающие. Отец купил и мне такую же ручку-кинжал. Возможно, мы отдыхали на море в одно время со следователем. Для нас это была простенькая игрушка, для него - символ. Теперь нам не отдыхать там, да и ему, пожалуй, - тоже. Я распи-' сался его облупившимся кинжальчиком. Не успел он нажать на кнопку, чтобы за мной вошли, как зазвонил телефон. И тут произошло странное: он брал трубку, орал, телефон про­ должал звонить. Он клал ее, телефон не умолкал, заливался все резче, как будто по оголенным нервам катилась стальная горошина. ... Я очнулся и вскочил с дивана. Звонила Анжела.