b000002158

и трусила к пятачку ярмарки занимать места повыгодней. С пустыми рука­ ми, налегке пролетали покупатели. Сигналили и тихим ходом шли на таран легковушки, прибывшие для торговли с колес. В этой толчее азартной борьбы за место Максим инстинктивно стре­ мился поближе к стене. Оступаясь на разноцветных кочках, рискуя быть прибитым, он почти выбрался из тряпичного болота, как лазурная поверх­ ность, колыхнувшись волной, разлилась перед ним. Он замер: та самая девушка, расстелив голубую подстилку, раскладывала товар. Гибкие руки сновали между сумами и тающей на глазах голубой материей. Почувство­ вав, что кто-то рядом замирает в охотничьей стойке, она разогнулась, и тополиная листва мягко прозвенела у нее над головой. Ветер задрал завол­ новавшийся край подстилки. - Вы что-то хотите? - спросила она. Голос был шелковист, но чуть потрескивал: шелк от напряжения рвался и полз. Выжидательно распахну­ тые пепельные глаза засасывали. Застигнутый врасплох, он забыл, что надо сказать, как вообще подой­ ти к поразившей девушке. - Я еще не решил... - стыдясь, что застал ее за таким занятием, проговорил он наконец и, покачнувшись, отступил. Притяжение и отталкивание раздирали и несли его, маленькую части­ цу мироздания. - Ну вот, когда решите, тогда и придете. Хорошо? - сказала она спокойно. - Анжела, подвинь немножко свою подстилку, - обратился к ней сухо­ парый торговец, едва разлепляя забитый золотыми зубами рот. Девушка, не ворча, плавно потянула за край голубой материи. На протяжении некоторого времени, прижимаясь к стене, Максим не упускал ее из вида. Поворачивалась она - повертывался он. Он стал маг­ нитной стрелкой в ее поле. Менялось поле - дергалась и передвигалась стрелка. Чтобы познакомиться, надо было что-то купить у нее. Требовались деньги. Пришлось тащиться к рядам, но знакомых лиц не попадалось, и вскоре он стал смотреть больше под ноги. Смотреть в асфальт с недавних пор стало его привычкой, которой он отчаянно стыдился, но, забываясь, ничего не мог поделать с собой и успокаивал себя тем, что терять могли только богачи, а что до бедных - они и так все уже потеряли. ' Он дважды - туда и обратно - проследовал вдоль рядов, но ничего стоящего не увидел: ветер наметал множество блестящих, но совершенно ничтожных бумажек. Надо было находить другой подход к девушке. Он собрался было вернуться, как ветер приналег и вынес прямо из-под чьих- то ног розоватую характерную бумажку. Моментально нагнувшись, он