b000002158

симпатичный, душевный человек, и думала, что сказочная, по нынешним временам, отзывчивость консультанта могла пробудить в Лютикове его умирающую суть. О, каких усилий стоило уговорить его выкроить время ради посещения биржи! Хищный, клещевидный профиль, маскировавший­ ся днем, проступал явно и гневно пылал. Ветер завивал в комнате крохот­ ные смерчи. Угодившая в злющий смерчик, ваза взлетела к потолку, и жена, боясь не столько за любимую безделушку, давний подарок мужа, сколько - увидеть в осколках, еще какой-нибудь бесо в ской знак, в великолепном прыжке поймала сверкающее стекло. Как раз вошла дочь. Она только что приехала на короткую побывку между матчами волейболь­ ного турнира и, ничего больше не заметив, хохотала от души, несмотря на нешуточную боль в потрескавшихся от недавних жарких поцелуев губах. Сам Лютиков помрачнел, но все же отправился на биржу. Такси, как обычно, дожидалось его у подъезда. Жена успела попросить свою давнюю, нежданно напомнившую о себе знакомую, сотрудницу биржи, рассказать ей все о его визите. (По мере неудержимого роста лютиковского капитала старые знакомые и друзья, было забывшие их, то и дело давали о себе знать и стремились попасть в дом, не ведая, какая печаль поселилась в нем. Только все понявший Скольников не показывался - ушел в отпуск и жил в деревне.) Лютиковское посещение повергло в смятение саму биржу, соискате­ лей работы, вездесущих репортеров, а вечером и узнавшую обо всем жену. Едва Алексей Сергеевич врубил свой электронный ящик, некое “Силаби” (совместное российско-малазийско-колумбийское предприятие) запросило себе в руководители морально ущербного человека, выдала необходимые данные, точно соответствующие послужному списку Лютикова и даже на­ рисовала фоторобот, идентичный его облику. Лютиков незамедлительно потребовал направление в офис фирмы, находящийся на каком-то тихооке­ анском острове, равноудаленном от всех трех государств. Консультант мягко отговаривал, настаивал на том, что тут вкралась какая-то ошибка, а Лютиков, насколько он успел его изучить, абсолютно не похож на мораль­ но ущербного человека. Нетерпеливец гневался, и вместе с ним гневался и грозно сверкал очами оживший фоторобот. Соискатели работы выстро­ ились в нервный, шушукающий ряд, чтобы попасть к Алексею Сергеевичу, его компьютеру, каждый справедливо полагая про собственную персону, что человек, внезапно лишившийся работы, просто не может бы гь не ущербным морально. Биржа пришла в переполох. Подле компьютера на­ чиналась легкая потасовка между потрясенным консультантом и скандаль­ ным, уже известным в городе клиентом. Дикий ветер гулял и выл в неболь­ шом приемном зале. Из компьютера повалил дым странного грязно-зелено- ватого цвета. Фоторобот заморгал и тут же стерся с экрана. Показалось болото и - фетровая шляпа посреди тины. Ящик зашипел, экран замигал и погас. Консультант же, человек крепкий и несуетливый, повалился в обмо