b000002158

БорисуВасилевскому Лютиков собирался по грибы. Не только прелести природы влекли его - неслыханная прежде нужда прокралась в дом: три месяца назад он попал под сокращение и вынужден был встать на учет на бирже труда. Он уже и не помнил, когда в последний раз бывал в лесу, так что с выбором места вышла заминка. Приглашал, правда, сосед. Он выстроил в дерев­ не дом и все уже излазил в округе. Побродили бы, мол, на пару по лесу, а после за “веселым стаканчиком” посидели. Но нелюдимый Лютиков поспешил отказаться. Все же необидчивый сосед великодушно описал ему дорогу. А уже чуть свет жена собрала скромный провиант. За завтраком наказала остерегать­ ся болотистых мест, беречься от клещей и... леших. Лютиков прыснул, но тут же посерьезнел: в практических делах, той суетливо-мистической толкотне, по чистому недоразумению продолжавшей называться жизнью, она оставалась куда дальновидней его, бывшего изобретателя. В маленькой, заваленной рухлядью комнатке застонала спросонья теща. Жена поспешила к больной, а Лютиков торопливо запил жидким кофе остатки бутерброда, прихватил короб и ступил за порог. Ему было и невдомек, что жена обычно крестила его вослед. Народу на автобус собралось тьма-тьмущая, но Лютиков все-таки залез. Травы вдоль дороги росисто блестели. Всходило неяркое солнце. В его лучах лес переливался неброскими пастельными тонами. Лютиков не отрывался от окна, лелеял душу милыми пейзажами, только переминался с ноги на ногу. Да, рановато стали уставать ноги, побаливать при долгом топтании и ходьбе, не то вкалывал бы он уже где-нибудь на стройке или у станка. Так-то, товарищи, то бишь господа. К приятному удивлению Лютикова, на указанной соседом остановке он сошел один. Лес, хотя и захламился в беспризоре, был явно грибной: березы, молодые ели, ласковый, проникающий до шелковой травы солнечный свет. Лютиков разжился палкой-посохом и тихо, словно боясь спугнуть грибы, пробирался вглубь. Шуршали о штормовку еловые лапы, плыли золотис­ тые нити ранней паутины. Он вожделенно ждал первой встречи. Подосино­ вик на толстой сильной ножке будто бы сам выскочил на грибника и замер под низко нахлобученной темно-оранжевой шляпкой. Лютиков заво­ роженно опустился на колени, но прежде, чем срезать гриб, поискал во­ круг глазами, нет ли поблизости еще. Другой, похожий на первый, только чуть поменьше, высовывался из мшистой кочки, за ним выглядывал из-под елки их третий братец. Лютиков обошел елочки, подрезая завороженно