b000002152

13 нашего, залогъ непостыднаго отвѣта на страшномъ суднщи Христовѣ. И въ семъ то отношеніи намъ должно особенно благодарнть Господа за почившаго собрата нашего! Много- кратно очнщенный и освященный таинствами исповѣди, причащенія и елеосвященія, какъ спѣлый колосъ иа нивѣ Госнодней давно готовый къ жатвѣ, онъ удостоенъ былъ величайшаго дара божественной любви на самомъ норогѣ вѣчности и могъ дерзновенно сказать съ праведнымъ Си- меономъ: «нынѣ отпушаеши раба твоего, Владыко, по гла- голу Твоему съ миромъ, яко видѣстѣ очи мои снасеніе Твое». Духъ вѣры иоддерживалъ его до послѣдняго вздоха: оиъ ие страшился самой смерти, съ полнымъ сознаніемъ говорилъ объ ней, готовился къ ней и ждалъ ея. Онъ какъ бы не страдалъ и не болѣлъ, а только ослабѣвалъ, таялъ и угасалъ; онъ не умеръ, а уснулъ. Не страшилище смерти со своею косою стояло предъ его сознаніемъ, а свѣтлый, чистый, кроткій ангелъ, помавая своимъ перстомъ то на могилу, то на пебо. Да, блаженъ тотъ, чей конецъ жизни озлащается этимъ двойнымъ свѣтомъ,—свѣтомъ вечерней зари угасающей жизни земной и свѣтомъ занимающейся зари утра вѣчности! Да сотворитъ-же Господь и тамъ ио вѣрѣ его! Да призритъ милостиво иа трудъ жизни его, на то добро, которое онъ посѣялъ-, а что взыщется и не обрящется въ его жизпи на вѣсахъ вѣчной правды, ибо кто изъ насъ